Савик решил, что придумает что-нибудь. И тут же стал прикидывать, что станет делать вечером, когда работа будет выполнена и в кармане у него окажутся три тысячи «зеленых».

В половине двенадцатого он встретился с Мазом. Маз покосился на его куртку и ботинки, спросил:

— Пушку взял?

— Да, — соврал Савик.

Больше они к этой теме не возвращались. У Маза была машина, и они тут же смотались на Комсомольский. Савик издалека глянул на дом, в подъезд подниматься не стал.

— Нужно, чтобы кто-то забрал меня потом, — сказал он. — Во дворы заезжать не надо, машину поставите… Ну хотя бы напротив вон того магазина. Кто будет за рулем?

— Могу я, — сказал Маз, катая во рту «честерфилд».

Савик кивнул. Как будто бригадир был у него на подхвате уже не первый раз.

— Светку придется отвезти в другое место, — сказал он.

— Зачем? — раздраженно спросил Маз. Этот чмошник начинал ему надоедать.

— Затем, что сердечный приступ — не сифилис: при траханье не передается.

Маз посоображал, в конце концов до него дошло.

— Отвезем, раз так…

— И еще… Мне нужно четыре дозы «винта».

— Ширяться стал, что ли? — удивился Маз.

— Неважно. Для дела так надо. Захвати вечером.

— Ну… Ладно.

Видно был, что Маз здорово нервничает, кадык на его шее то и дело прыгал вверх-вниз, и Мазу, конечно, до смерти хотелось бы знать, каким образом Савик отправляет людей на тот свет, как это у него гладко и красиво все выходит — но он не спрашивал, не решался. Савика все это даже немного позабавило. Каких-то две недели назад Маз смотрел на него примерно так же, как сам Савик смотрел на ларечников Нинку или Глеба — как на распоследнюю перхоть. А теперь все изменилось, теперь Маз мнется и нервничает, Маз боится его — вон они, дрыжики на его голой шее, дрыжики страха и уважения… А Савик спокоен. Ну, или — почти спокоен.

Мобильником он пока не обзавелся, пришлось идти домой и там дожидаться звонка. По дороге Савик о чем-то вспомнил и завернул в гастроном. Здесь он купил маленькую плоскую бутылку «Смирновки», чтобы было удобно носить в кармане. На выходе из магазина к нему подошел сосед с первого этажа Хвост. Он был ещё ниже Савика, хотя и широк в плечах.

— Привет… Выпьем?

Круглая голова, круглый, с глубокой седловиной нос, круглые пустые глаза с рыжими ресницами, стертые черты лица, неряшливая щетина. Пальто, как с помойки. Перхоть. Когда-то отсидел два года, но авторитета не приобрел. Пару раз Хвост сопровождал его к ларькам и наблюдал процесс сбора дани, потом толокся у входа в «Миранду», пока Савик общался с Мазом. И сделал свои выводы: Савик для него был крутым мафиози

— Не могу, занят, — небрежно ответил Савик и двинулся дальше, но Хвост не отставал.

— Ты, смотрю, прикинулся во все новое… Небось, дела клево идут?

— Нормально.

— Слышь, Савик, возьми меня к себе, — неожиданно попросил Хвост.

— Куда тебя взять? — не понял тот.

— К себе в бригаду. Что скажешь — то и сделаю. И глухо, как в танке!

Савик остановился. В рисковой работе нужны свои люди, чтобы можно было на них опереться. Одному серьезного дела не потянуть. И на Маза расчета нет — тот привык смотреть на него сверху вниз.

— А что ты можешь?

— Да все, что надо! — Хвост выпятил грудь.