Его отличительной особенностью являлась должность князя Белозёрского. В Дашкином Фонде он был её заместителем, оставаясь при этом Главой Клана, в который входил Род Вадбольских. Для светского общества — это нонсенс, а для нас — нормально.

Всё всех устроило.

Дарья, благодаря Фонду, получила статус, согласно которому она негласно вышла на уровень Светлой княгини, а князь Белозёрский получил в свои руки ощутимые экономические рычаги, позволяющие ему очень живо манипулировать экономическими интересами ранее не слишком дружественных Кланов, а при желании, так и вовсе ставить некоторые из них в позу эмбриона.

Половину получаемой прибыли Фонд тратил на своё развитие, а вторая часть шла на содержание лекарских училищ, которых было открыто пока всего лишь три, но принимались туда девушки с Даром из простолюдинок и обучались бесплатно.

Дашке охотно помогали две мои жены — Императрицы, которых сильно заинтересовали училища, и по вечерам они втроём частенько обсуждали, как бы у себя в стране такое же устроить.

А что получил я?

На самом деле, смешной вопрос для человека, который, как минимум, теперь контролирует не меньше сорока — пятидесяти процентов реальной экономики центральной части России.

* * *

В связи с наступлением нового учебного года у нас произошёл резкий отток воспитанниц. Те девочки, которых я когда-то вывез из Камышина, подросли и, с моей помощью, стали магами.

К моему глубочайшему удивлению, из двух десятков девчонок, которых я выдернул из детского публичного дома, меня встретили лишь двое. Самые мелкие, которым в школу лишь на следующий год. Остальные уже все устроены, и в школы они пойдут в разных городах, как воспитанницы благородных Семей, а то и вовсе, как удочерённые. Встречаться теперь будут только на каникулах и летом.

Признаться, запустил я этот процесс на самотёк. Оно и понятно, раз я месяцами чёрт знает где болтался. Спасибо боярыне Бельской — Озеровой, хоть она и конченая стерва.

Это же надо так уметь, играя всего лишь интонациями и выражением лица, опустить меня ниже плинтуса!

И хрен придерёшься. Ни за одно слово не зацепиться. Говорит она всё правильно, выверено, а у меня морда лица краснеет, как помидор.

Не, то что я мерзавец, негодяй и безответственный тип, я и так знаю. Это всего лишь малая часть списка моих талантов. Но как Бельская смогла, не употребляя вслух ни одно из этих слов, донести до меня их смысловую нагрузку?

Честно скажу — я не знаю, стоит ли Озерову завидовать или сочувствовать.

Нет, я его понимаю. Когда он в небе летает — я готов ему завидовать, но если он какой-то косяк перед своей женой впорет, тут не то что сочувствовать надо, а сострадать. Глубоко и с чувством.

Бельская не то что Озерову, а и князю Обдорину на раз мозг вынесет.

Кстати, а ведь это — идея! Надо будет сообразить, как устроить такую встречу. Готов сделать ставку на победу Бельской, даже если соотношение три к одному будет!

— Ваше Сиятельство, — изобразила Бельская из себя примерную девочку, что ей без особого труда удалось сделать, — А почему мы взялись обучать только русских детей?

— Хм-м, вообще-то это всё очень спонтанно получилось, — затруднился я с объяснением.

— Я в курсе обстоятельств появления девочек, но отчего бы не поработать с японскими и маньчжурскими детьми? — не стала Бельская кружить вокруг да около, — И, как мне кажется, это не обязательно должны быть только девочки. Мальчики, лет двенадцати — тринадцати отлично подойдут. Года через четыре из них вырастут неплохие помощники для вас и ваших жён.

— Вы абсолютно напрасно считаете меня Богом. Признаться, в том, что касается Дара, я сам не рассчитывал на стопроцентный результат и склонен считать, что такое чудо удалось получить только исключительно в силу малого возраста ваших подопечных, — засомневался я, услышав предлагаемый Бельской возраст воспитанников.