Нужна качественная оптика, видиконы, ретрансляторы и сборочные цеха для больших и малых БПЛА. Техномаги тоже обещают прорыв, в виде двигателя на шестнадцать разгонных контуров. Да, первое время он будет раза в три дороже стандартных, но даст прирост скорости и самое главное — экономию в расходе Силы процентов в двадцать пять-тридцать.

Вот эту проблему я и решил расшить разом и бесповоротно, выделив на первое время (далеко не безвозмездно, а за приличный пакет акций) порядка двадцати трёх с половиной миллионов из своей «заначки».

И, вроде бы, на этот случай виноватых нет, но вот как бы не так. Есть один! Шабалин, чёрт бы его побрал в очередной раз!

Спрашивается, на кой чёрт выдумывать для архимагов заклинания, способные улететь на двадцать два и двадцать четыре с половиной километра, если ты пуляешь не понять куда? Далеко за линию горизонта. Так-то, да, но корректировка с БПЛА этот вопрос запросто решает.

Короче, получилось всё, как всегда. Из нескольких прорывных технологий, изделий и заклинаний нужно было слепить конфетку.

Понятное дело, что в роли кондитера пришлось выступать мне. Цена «конфетки» не порадовала, но успокоило то, что большая часть вложений — это инвестиции на долгие годы. Из разряда тех, которые ещё детям и внукам перейдут и будут изрядные деньги приносить.

* * *

10 марта 222 года от Начала. Австралия. Столица австралийского штата Новый Южный Уэльс г. Сидней. Ратуша. Торговая палата Сиднея.

— Добрый день всем собравшимся. Пока мы ждём опаздывающих, предлагаю немножко поговорить о жизни Сиднея, — даже не заходя за трибуну, провозгласил мистер Пиквер, выполняющий сегодня роль председателя собрания.

Ничего необычного в его предложении не было. В Австралии принято опаздывать, и даже после того, как все соберутся, люди ещё минут десять будут общаться на посторонние темы, вроде погоды, рыбалки, видов на урожай и игры бейсбольных команд. Ибо у оззи так принято.

Шутить над таким распорядком не стоит, особенно, если шутник окажется иностранцем. Австралийцы очень болезненно относятся к критике всего австралийского.

— Итак, мы сегодня собрались, чтобы обсудить динамику внешней торговли, — взял слово председатель, выдержав паузу, положенную местными приличиями, — Не буду скрывать, последнее время она выглядит не лучшим образом, и думаю, нам всем есть что сказать по этому поводу и предложить свои решения этой проблемы.

— Я считаю, что во всём виноваты русские, — с места выкрикнул мистер Хиггинс, даже не потрудившись привстать.

— Оригинальное мнение, хотя я его и слышал от вас добрый десяток раз, — отбрил Хиггинса председатель, — Вот только процент торговли с Россией у нас как был мал, таким он и остался, ни на йоту не добавив и не убавив.

— Япония перестала покупать мясо, а на Индию и Китай теперь пути закрыты, или стали более длинными и рискованными, а заодно мы потеряли Корею и Сиам. Пусть там и был слабый спрос на наши товары, но он хотя бы был.

— Да-да, мясо. Только у меня заморожено больше пяти тысяч тонн австралятины и это уже тот предел, который мы можем принять. Холодильники переполнены, — с места пробрюзжал тучный седовласый джентльмен.

— Интересно. У кого Сюзеренство теперь покупает мясо? Мы же думали, что ограничение в поставках мяса станет нашим козырем, — с места спросил Хиггинс.

— Качественное мясо теперь Сюзеренством закупается в Новой Зеландии, а дешёвое в Монголии, — заглянул в свои бумаги неприметный с виду секретарь председателя, выдав нужную справку после кивка своего шефа.

— Вряд ли Монголию можно считать надёжным поставщиком. Вот увидите и года не пройдёт, как с поставками оттуда что-нибудь случится, — предсказал мистер Стоун, пытаясь выдать желаемое за действительное.