– Смотрите на камеру. Да, вот так.

Я напряглась, глядя на вспышку и отсчитывая секунды после нее. Связной казался совершенно отстраненным и уверенным в себе. На экране высветилось «Добро пожаловать». Я выдохнула и тут услышала голос работника: – Подождите. – Дыхание и пульс участились. – Посмотрите в камеру еще раз. Я посмотрела, чувствуя, как зашкаливает адреналин и на спине выступают капли холодного пота. – Улыбайтесь. Сфотографирую для себя. Одинокими ночами буду смотреть на ваше лицо и… Мы не разбалованы женским присутствием.

Твою мать! Сукин сын! Я показала в камеру третий палец и услышала его хохот. Идиот! Связной ухмыльнулся, и мне захотелось пнуть его в пах. Но обстановка разрядилась. Дальше мы спустились на лифте и прошли через еще один бесконечный коридор, пока меня не встретил лично некто по имени Лофт. Так его называл Нейл. Связной нас покинул, а я пошла следом за седым мужчиной в военном кителе. Он вывел меня на плацдарм, где стояли около сотни мужчин примерно одного роста в несколько рядов. Похожие на манекены. Вытянувшись по стойке смирно, с прямыми спинами и взглядами, устремленными на меня. А вокруг только ровная местность и примятая заиндевевшая, сухая трава под серым небом, где горизонт – это колючая проволока забора, впивающаяся в сизые облака, и ничего больше. Полная пустота. Солдаты одеты в камуфляж и темно-синие куртки, похожие на мою. Из их ртов вырывается пар, как и из моего. Но я не чувствую холода, я слишком возбуждена, а они, видимо, даже не замечают минусовой температуры.

– Как и обещал. Сотня. В следующий раз будет столько же. Выращены именно для вашего господина. Идеальные машины для убийств. Не знают чувств и эмоций. Не знают женщин. Воздержание как один из методов давления и вызова агрессии. Каждый злее раздразненного, голодного хищника. Все имеют встроенные чипы и могут быть управляемы господином Мортифером дистанционно. Сейчас я активирую их, и он увидит всю сотню на мониторах лаборатории. Заодно дам ему знать, что вы здесь.

Я кивнула, осматривая солдат и гадая, что они есть. Это ведь смертные, но с какими-то особыми возможностями, взращенные именно для нужд Нейла в течение тридцати лет. Они все примерно одного возраста.

– Вы можете приступать. Дорога каждая секунда, – сказал Лофт и встал рядом со мной.

Я мысленно сосчитала до десяти и закрыла глаза:

«Нейл, я здесь. Нейл! Нейл!»

Его имя… каждую секунду с интервалами в мгновения. Представляя, как проходит сквозь лабиринты времени, разрушая стены. Это словно производить в уме одну и ту же картинку. Как на повторе в видеоплейере. В наушнике щелкает женским голосом отсчет: «Один…два…три…»

Где-то на цифре «двадцать три» начинаю чувствовать, как учащаются дыхание и сердцебиение. Легкие приступы паники, как при атаках депрессии. Мое сознание проводника так запрограммировано – оно зовет «вхолостую» и нагрузка на удержание связи увеличивается. Первым провалом, теряя изображение, которое воспроизводила для себя до сих пор, и погружаясь в кратковременный кошмар, в котором я снова тону и теперь уже тщетно зову Нейла, испытывая страх… Тряхнуть головой, выныривая на поверхность, не давая мозгу сбиваться. Представляя снова лабиринты. Как он идет ко мне и пока не доходит.

«Тридцать восемь…»

По спине градом катится пот, и первые вспышки боли пробивают виски, заставляя морщиться, сжимать пальцы в кулаки.