— Мы прибыли в Тернгир, — торжественно произнес Эйгрин, и несколько рыцарей сложили ладони в знаке Небесного Ока.

Корабль, оставив часть груза в Бидинге, теперь, сражаясь с упрямым ветром, летел по волнам на северо-восток. Показалась крепость, и Дьюранд ахнул, поразившись хитроумному замыслу мастеров. Неприступный замок стоял на самой вершине гряды, возвышаясь над грохочущим прибоем на целых сорок фатомов. К замку поднималась вырубленная в скале лестница, столь узкая, что на ней едва бы поместилось два человека. Сейчас в крепость съехался весь цвет королевства.

— Я и не думал, что мы когда-нибудь сюда доберемся, — промолвил Ламорик. — Вы все отважно сражались за меня. Я не ждал от вас такого мужества.

Пока "Золан", борясь с ветром, медленно продвигался к мысу, Дьюранд заметил одну деталь, которая прежде от него ускользнула. Возле узкой лестницы, вырубленной в скале, на которой возвышался замок, был сделан небольшой причал. Даже если враги осадят замок, защитникам было нечего беспокоиться — с тыла им всегда могли подвести оружие и припасы.

Корабль резко качнуло.

— Что творит этот идиот? — промолвил Ламорик.

Они приблизились к Барбиканскому проливу, где залив, по которому они плыли, обрывался и начиналось бескрайнее Закатное море. Внимание Дьюранда было захвачено открывшейся перед ними картиной, поэтому он не сразу заметил суету, которую подняли на палубе матросы. Теперь он слышал, как капитан, стоя на юте, надрываясь, отдает приказы рулевому и команде, возящейся с широким парусом. Прервавшись на мгновение, он пробормотал заговор от кораблекрушения.

Бросив взгляд на буруны, Дьюранд понял причины беспокойства капитана — сильное течение в проливе несло их прямо на камни. Дьюранд содрогнулся. Все детство и юность он провел у берегов Сильвемера и мало что знал о кораблях и течениях. В проливе дул сильный ветер. Чтобы не налететь на скалы, капитан повел корабль галсами, лавируя от подветренного берега. Учитывая сильное течение и резкие порывы ветра, удержать судно на курсе было крайне непростым делом.

Нос "Золан" повернулся на север, и корабль понесло прямо к скалам, на которые с грохотом обрушивались волны. Глаза людей расширились от ужаса. Эйгрин, прервав молитву, ухватился одной рукой за снасти. В любой момент капитан мог скомандовать поворот, чтобы уйти от ветра.

В тот миг, когда капитан открыл рот, Дьюранд увидел катящийся по проливу вал. Капитан прокричал команду, и в тот же миг в борт ударила волна. Нос корабля, словно рычаг катапульты, резко рванулся вверх, и Дьюранд, несмотря на то, что был готов к удару, кубарем покатился по палубе, ударившись о фальшборт. Кричали люди, ржали кони. Дьюранд поднялся на четвереньки и, повернув голову, увидел шевелящуюся массу людей и лошадей. Лилась кровь.

— Ко мне! Сменить курс! К черту парус! К черту парус, я сказал! — рычал капитан на юте.

Дьюранда осенило, он понял, что хочет капитан. Их все еще несло на камни. Удар волны швырнул лошадей к борту, раздавив и покалечив всех, кто там стоял. Покуда корабль идет под парусом, маневр выполнить не удастся. Кто-то должен убрать парус.

Корабль качнуло.

Дьюранд, пригнувшись, вклинился в гущу беснующихся коней и людей, не отрывая взгляда от линя, крепящего парус. Если его получится отвязать, может, им еще удастся спастись. Судно рвануло, и у правого борта образовалась узкая не занятая никем лазейка. Дьюранд рванулся вперед. Сапоги скользили по палубе, и воин, перебирая ногами, вцепился в снасти, чтобы не сорваться за борт.

"Золан" пролетела еще пятьдесят ярдов. Времени совсем не оставалось. Оттолкнувшись от борта, Дьюранд прыгнул к линю, удерживающему парус. Царапая руки до ссадин и ломая ногти, он распутал узел.