— Подними ногу, — распорядился он и снял изящную туфлю, а вместе с ней и платье. Повторив действие с другой ногой, он снова двинулся вверх по ее телу, лаская ее руками и ртом, пока не достиг вершины бедер. И тогда он проник пальцем внутрь ее.

— О Боже, — всхлипнула девушка, и ноги ее задрожали.

— Ты влажная, — прошептал он. — Для меня.

— Майкл.

— Тшш, — продолжал он тем же хриплым голосом, вставая и стаскивая вверх к ее плечам порванную сорочку. — Я хочу тебя, Эвелина Мария. Я хочу быть глубоко внутри тебя.

Подняв на руки, он отнес ее несколькими футами дальше, на свой матрас и мятые одеяла, и опустился на колени, чтобы положить свою ношу. Он хотел снять сапоги и сморщился от боли, когда снимал левый.

— Ты ранен, — нетвердо сказала она, пытаясь вернуться к реальности.

— У меня распухла лодыжка. Через минуту ты заплатишь за это.

— Я…

— Из-за тебя у меня распухло кое-что еще.

Он снял ремень и поспешно расстегнул брюки. Спустив их вниз, он освободил свою плоть — возбужденную, твердую и огромную.

— О Господи!

— Теперь ты видишь обнаженного мужчину, возбужденного от желания, — продолжал он, склоняясь и лаская губами грудь.

Расположившись между колен, он отбросил в сторону брюки и, раздвинув ей ноги, придвинулся как можно ближе, так что возбужденная плоть оказалась между ее бедер.

— Майкл, прошу тебя, — прошептала она, обнимая его сильные мускулистые плечи и пытаясь крепче прижать к себе.

Сердце колотилось так сильно и часто, что казалось, она от этого умрет.

— Просишь чего? Скажи, Эвелина Мария. Я хочу услышать от тебя, что ты хочешь, чтобы я овладел тобой.

— Я хочу, чтобы ты овладел мной.

Она понятия не имела, что для этого надо делать, но тело знало. Изогнувшись ему навстречу, она приподняла бедра.

— Пожалуйста, — снова сказала она, — прошу тебя, скорей.

Приподнявшись на руках, он снова прижался губами к ее рту, стараясь языком раздвинуть губы. Она почувствовала, как он медленно скользнул между ее ног.

— Тебе будет больно, — прошептал он, и его дыхание несколько участилось.

— Как…

Он резко послал бедра вперед. Она почувствовала, как он достиг хрупкой преграды, затем с внезапной разрывающей болью преодолел ее и заполнил своей твердыней влажное лоно.

Она вскрикнула, крепко зажмурила глаза и, стараясь отодвинуться от него, сильнее согнула колени. Это заставило его податься вперед, следуя за движением ее тела. Медленно боль прошла… Когда она открыла глаза, он смотрел на нее сверху, лицо застыло от напряжения.

— Боль за боль, — прошептал он, медленно отстраняясь от нее.

— Нет, не уходи, — запротестовала она.

— Я не уйду. — Неспешно он подался вперед, проникая все глубже, пока не погрузился полностью. — А теперь удовольствие за удовольствие.

Он повторил движение, раз за разом проникая в нее медленно и глубоко. Эвелина больше уже не могла соображать, ею владела одна только мысль: какое это наслаждение — ощущать его движения внутри себя. Она чувствовала необыкновенное возбуждение, ее тело сжималось вокруг него, словно знало еще до того, как она смогла это понять, что должно наступить что-то большее. Она испускала стоны вместе с каждым энергичным движением и поднимала навстречу ему бедра, пальцами впиваясь в спину.