— Кофе будете? — спросила девушка, вешая пальто на вешалку. У неё ещё и фигурка только в кино сниматься.

— Да, спасибо, — ответил я, стараясь больше смотреть на образцы продукции на стенах, а на неё. А эта продукция в половине случаев была из той оперы, про которую она только что спрашивала. Лучше буду смотреть на девушку, не покусает же она в конце концов. — С молоком пожалуйста.

Я размотал с корзинки невзрачную упаковочную бумагу и поставил шедевры кулинарии на стол.

— А это как раз вам к кофе, — сказал я, когда девушка удивлённо уставилась на моё подношение.

— Ну спасибо, — довольно улыбнулась она, вытащила из кофе-машины две чашки и поставила на рабочий стол рядом с корзиной. — Да вы присаживайтесь!

Мы неторопливо попили кофе, отведали разных пирожных, поговорили о капризах питерской погоды. Приятная в общении девушка, умная, образованная. Что она забыла в таком странном месте? Наверно зарплата тут очень достойная. Если я правильно понял, она не из аристо, просто одевается хорошо, деньги позволяют.

Остатки содержимого корзины отправились в холодильник, а на столе начали появляться образцы готовой продукции с таблицей расценок. Вполне хорошее сочетание цены и качества, можно начать плодотворно сотрудничать. Я поблагодарил блондинку за приём и в следующий раз обещал прийти с заказом. На всякий случай записал её номер телефона. Оказалось, что её зовут Прасковья. Очень редкое имя в наши дни. Впрочем, не исключено, что это псевдоним, придуманный в целях конспирации.

Самое страшное было пройти обратно между бешеными станками, обеспечивающими Питер сомнительными новостями. Мимо каждого сложного механизма я крался, затаив дыхание. Изнутри двери открывались также тяжело, как и та, что я покорял на входе. Здесь тоже значит есть свои секреты, но возвращаться через весь цех и спрашивать мне не улыбалось. Ладно, узнаю позже.

На улице уже стемнело, двор почти не освещённый, единственный фонарь горел в дальнем углу и больше светился сам, чем освещал всё вокруг. Снег во дворе почти растаял, с ним хоть было бы немного светлее. В дальнем углу двора, противоположном от фонаря, угадывались три человеческих силуэта. Что они там делали непонятно, возможно молодёжь общается с зелёным змием, но это не точно. От греха подальше я обошёл дом с другой стороны. Тени было двинулись с места, но потом передумали. Вот и молодцы, у меня сейчас слишком хорошее настроение, чтобы кому-то делать больно.

Эх, выходные пролетели незаметно. То город надо спасать, то красоток пирожными кормить, а на методичках даже конь не валялся. Вот сейчас приеду домой и сразу займусь. Решил для себя, что делать подобие пересказа сразу всей книги ни к чему. Разобью весь объём на три части. Сейчас подготовлю первую, вводную, чтобы ученики смогли начать работать. Полное обучение будет происходить в три этапа, вот и будет три методички. Пока их напишу, сам буду знать предмет на зубок, а не рассказывать самые азы, как раньше. И набор плакатов надо будет подобрать для каждого этапа в отдельный тубус, чтобы потом не путаться и не таскать с собой сразу все. Некоторые плакаты надо продублировать, они могут понадобиться на любом из трех курсов. Сложно всё. Но можно.

Придя домой, извинился перед всеми за отсутствие свободного времени, сопроводив это шутовским глубоким поклоном и уединился у себя в комнате. Попросил только Настюху принести мне полный кофейник. Психоэмоциональный подъём от одной мысли, что дело движется гораздо быстрее, чем я надеялся, окрыляли меня на плодотворную работу с написанием методичек. Раз я в первую очередь буду заниматься целителями в лечебнице Святой Софии, значит первой будет напечатана методичка с более подробными пояснениями.