Представившись Зосимой, он без вопросов показал нам дорогу до Драконовой Арки.

— Это туда, к Сиське прям, — махнул он рукой.

— К Сияновой Благодати? — поправил я, — Это же гора?

Тот засмеялся, погрозив мне пальцем.

— Эх, да я стар уже для таких… ну, этих ваших пошлостей. Она самая, ага.

Как я и думал, в этой части гор все тропинки вели к Моредарской магической зоне, но старик сразу, не стесняясь, назвал нас полоумными. Кто туда попрётся в глухую ночь?

Его даже наличие с нами медоежа не удивляло. Ну или, близорукий, он в темноте особо и не разглядел, что за ёжоконь это фырчит.

— А не боитесь вы, дед Зосима, сидеть тут один? — спросил я, стараясь настроить ворчливого собеседника.

За несколько километров до Моредара тут не было ни единой души. Звезды на небе заволокло тучками, и сейчас вокруг, казалось, царила абсолютная тьма. Только маленькие фонарики на жердочках пытались с ней бороться.

— Чегой-то ты мне «выкаешь»? Чай не вельможа какой. Это пусть пацанёнок вон «выкает», а ты, я вижу, как бы не больше моего пожил.

Я усмехнулся. Больно уж прозорливый дед попался.

И он явно был рад наконец почесать языком:

— Чего мне бояться-то? Видит Яриус, я своё пожил… Вот, на лекарство для внученьки тут подрабатываю, охраняю. Она у меня, наверное, такая же, как и пацанёнок твой.

— А что вы охраняете, дедушка Зосима? — спросил Лука.

— Так если какой хлыщ придёт, чары безденежные наложит, оберег от покупателей подбросит? Магия, она знаешь, какая бывает?

Я только усмехнулся. Тут старик был прав, магия — она всякая бывает.

На самом деле, пустые прилавки и вправду источали тонкий аромат магии. На них явно продавались, помимо обычных товаров, магические травы и артефакты, а это всегда оставляло след.

Лука из любопытства направил медоежа в сторону, и зверь начал осторожно обнюхивать лавочки. Видимо, они тоже решили поискать какие-нибудь чары.

— Успею заработать, хорошо, — продолжал старик, — А не успею, с Яриуса-то там и спрошу, — он потряс палкой, пригрозив небу.

— Грозен, грозен, — усмехнулся я, — И что, говоришь, много нас тут таких полоумных ночью носится?

— Ой, да вас таких тут… — старичок, пригубив воды из кувшина, только отмахнулся.

— Кареты были?

— Не, какие кареты, — тут он замялся, — Они ж пешком ходят. Хотя не… Один был на лошади! Молодой, сразу видно, одни бабы на уме, он же с балалайкой был.

Старик явно описал Виола. Значит, и Креона, и Феокрит проехали туда ещё засветло, когда рынок был наполнен, и сторожа ещё не было.

— Все беды из-за баб, попомни мои слова. Поначитаются всякого, а мы потом только ходим, косточки собираем.

— Косточки?

— Ну да, горе-послушники за Белоцветом в такую глухую ночь идут. Учиться не хотят, им сразу в магистры воздуха надо, — старик только досадливо махнул, — Это цветок такой… Только я тебе о нём уже рассказал, и его не найдёшь.

Я лишь улыбнулся, поняв, что Белоцвет — это тот же Огнецвет, только для магов воздуха. Это хорошо, что Лука отъехал… Значит, у нам был шанс найти этот цветок.

— А где он растёт, не знаешь?

— Ну, ты ж ещё молодой, ну поживи ещё! — старик понял, что меня не переубедить, и только махнул рукой, — Нет, не буду грех на душу брать, а то ещё с меня Яриус спросит.

* * *

Как ни странно, путь до арки ничем не запомнился.