Бард неразборчиво пробурчал в ответ, усиленно растирая лоб и над чем-то раздумывая.

Как мне показал Кутень, конный отряд противника насчитывал порядка ста пятидесяти лошадей, и для серьёзного нападения это казалось маловато. В основном там были лучники, немного тяжёлых воинов и совсем немного магов. Но так войны не начинают… А вот для очередной быстрой и нахальной вылазки, чтобы спровоцировать соседа, вполне достаточно.

Насколько я помнил, когда меня и ещё нескольких свидетелей той резни под Солебрегом везли в обозе, на нас лучевийцев напало не сильно меньше. Вот только те были в основном пешими, здесь же все были на лошадях, и это кое о чём да говорило.

Значит, удар теперь будет намного глубже и чувствительней. И, сдаётся мне, Шану Куо, который наверняка за всем этим стоит, надоело кусать Южную Троецарию. Значит, теперь он хочет ударить под Раздорожьем…

— Они наверняка хотят ударить по Раздорожью! — словно прочёл мои мысли Виол, и удивился своим же словам, — Но какой смысл? Далеко они не пройдут, ведь у Могуты сильное войско, а тут всего-то полторы сотни идёт.

Настала моя очередь удивляться.

— Откуда ты знаешь⁈

— Громада, я же видел войска Могуты. Честно скажу, именно Раздорожье стоит на страже спокойствия всей…

— Я не об этом, а о лучевийцах. Ты смог посчитать столько лошадей?

— Ну-у-у… да.

Я поморщился, в очередной раз мысленно отругав себя прошлого. Всеволод Десятый всегда недооценивал бардовскую магию, но как бы всё сложилось, если бы он знал, какая сила в ней скрывается?

— Неужели ты не можешь отослать послание? — всё же спросил я.

Виол нервно зачесаля:

— Я это, когда советника Феокрита… кхм… отпевал от нечистой силы… В общем, все мои безделушки разрядились. Добежим до погоста, там я наверняка в лавке у торговца что-нибудь найду и смогу предупредить столицу.

— Это войско до Раздорожья не дойдёт, — всё же сказал я.

— Так и я о чём, громада! Среднюю столицу так просто не возьмёшь.

— Нет, они покусают городки и деревни кнезов Могуты, — задумчиво продолжил я, — Может, упырей туда напускают, чтоб побольше крови… И постараются быстро уйти, для этого им и лошади.

Виол внимательно слушал меня, усталость с его лица как рукой сняло. Он неуверенно протянул:

— На погосте сильный магический артефакт, и о нападении сразу узнают.

— На том погосте, где люди солебрежского кнеза? — с издёвкой спросила Креона, — А я всё думаю, почему по Южной Троецарии лучевийцы бегают, как у себя дома?

— Видит Маюн, ты права, хладочара.

— Я видела этого Павлоса Солебрежского всего раз, когда нас с принцессой Дайю к нему привели, — вдруг сказала Креона, — Это гнилой человек.

— Ну да, Павлос давно копает под моего отца, — нехотя кивнул бард, — Но неужели он не понимает, что в случае войны от его земель ничего не останется?

— Если только ему не пообещали ещё чего-нибудь. Да, Виол, враги хотят не просто войны, — кивнул я, — Твоего отца хотят заодно рассорить с другими царями Троецарии. Креона права — наверняка кнез Солебрега поможет и ряжеными войсками.

— Ряжеными?

— В моредарских доспехах, под моредарскими стягами… А тут король Лучевии заодно у твоего Нереуса гостит, когда земли самого Могуты грабят союзные войска.

— Союзные? — бард всё продолжал крутить головой, как кукла-болванчик.

Мы с Креоной переглянулись. Странно было видеть Виола таким недалёким, обычно он схватывал всё на лету, и до многих вещей догадывался ещё раньше нас.