На другой стороне через иллюминатор Паркер рассмотрел море. Оно отливало бирюзой и вместе с сиреневым небом это выглядело, как картина импрессиониста Кальмера.

25

Едва шаттл качнулся на опорах, пассажиры выстроились в проходе, торопясь покинуть опостылевший салон.

Паркер оставался сидеть, как и некоторые другие пассажиры, в том числе и его сосед, который уже собрал свою небольшую сумку и держал ее на коленях.

Щелкнули запоры тяжелой дверь и в салоне потянуло сквозняком. Паркер сразу ощутил насыщенный запахами воздух, свойственный тропическим городам.

Люди стали выходить, двигаясь мимо Паркера, а он, даже не поднимая глаз видел, движение бедра женщины-инвестора. Больше он не видел ничего, но и этого казалось достаточно, чтобы оставаться под каким-то гипнотическим воздействием.

Она подходила все ближе и вскоре он почувствовал тонкий аромат ее духов и увидел ухоженную руку с часами «Бариньон» на запястье.

В какой-то момент, она будто невзначай коснулась его плеча, отчего в затылке у Паркера защекотало и по позвоночнику вниз прокатилась волна горячих мурашек.

– Привет, Артур.

– Привет, Сильвия. Снова мы с тобой будем первыми.

– Вряд ли, прошлый раз Тобиас нас опередил.

– И Ронфельд.

– И Ронфельд! – подтвердила она и они негромко засмеялись. После чего сосед Паркера поднялся и тот поджал колени, чтобы пропустить его.

Джону хотелось спросить соседа, который оказался «Артур», почему он не сказал, что знает лично «женщину-инвестора». Но сейчас она находилась рядом и делать это было поздно.

Пассажиры пошли быстрее, запах ее духов стал ослабевать и сосед вышел в проход, сказав напоследок:

– Всего хорошего.

– И вам, – буркнул Паркер не поднимая головы.

Вскоре поднялся и он, покинув салон одним из последних.

У выхода его дожидался чемодан и едва Паркер ступил на транспортер, манипулятор подвинул чемодан рядом с владельцем и они поехали вместе.

Где-то на востоке уже заметно посветлело и сиреневые сумерки расступались, давая простор алому цвету. Здесь, во время восхода можно было увидеть краешек «второго солнца» – звезды Арамакс, которая и отвечала за раскраску сумерек в сиреневый цвет.

Но ближе к полудню основное солнце полностью перекрывала его своей мощью.

Под крышей терминала порта Паркер очень кстати встретил местного робота-проводника.

– Желаете сообщить адрес доставки для такси, сэр? – поинтересовался тот свистящим голосом.

– Не слишком дорогой отель поближе к центру, – сказал Паркер, ставя чемодан на «спину» робота и пошел следом, посматривая по сторонам и отмечая, что здесь нет такой толчеи, как в порту отправления, поскольку атмосферные и орбитальные рейсы тут были разнесены по разным терминалам.

Впрочем, он и раньше замечал, что в тропических зонах люди становились заметно ленивее и спокойнее. Даже те, кто прибывал к морю из перегруженных индустриальных мегаполисов.

Несколько дней на песчаных пляжах, с регулировкой газовой смеси в номерах, на растительных диетах и тонкой фруктовой целлюлозе, меняли людей.

Обходя группы сонных туристов, Паркер добрался до своего такси и погрузившись с чемоданом в капсулу, взглянул на часы.

Прямо сейчас, в порту из которого он добирался сюда, должен был стартовать шаттл на который он брал билет под собственным именем.

Это было простой предосторожностью, но может он зря потратил деньги?

Решив пока не думать на эту тему и немного отдохнуть, он откинулся на спинку кресла и стал смотреть на незнакомый город.

На редкие ранние автомобили, высокие деревья с большими листьями, пышные клумбы и широкие тротуары – еще пустые в этот час.