Но вот послышался шорох за одной из них, потом, как будто вздох. Паркер уже хотел позвать кого-то, чтобы его встретили. Просто крикнуть «эй!», ведь имени специалиста он не знал.

Паркер коснулся двери, откуда слышал едва различимые звуки и когда она беззвучно отошла в сторону, замер с выпученными глазами и практически остановленным дыханием.

Прежде он никогда такого не видел, это было какое-то волшебство. Спиной к нему стояла совершенно обнаженная женщина и что-то перебирала на полке лабораторного шкафа.

Она была само совершенство – хорошо сложенная, с правильно акцентированной фигурой. Ее кожа казалась безупречно гладкой, почти глянцевой – цвета спелого персика, а когда она чуть повернулась боком, Паркер увидел ее тяжелую грудь с темно-вишневыми сосками.

– Эй, ты кто такой!? – воскликнула она, заметив незнакомца.

– Я!.. Это!.. – проквакал Паркер и захлопнул дверь, судорожно ловя ртом воздух.

Что теперь будет? Неужели он опять нарвался на чью-то любовницу и теперь у него снова будут проблемы?

Наверное девушка самого Гуччо!

Паркер прикрыл лицо ладонями, не зная, как выбраться из этой нелепой ситуации.

– Эй, ты что, новый работник? Вместо Говарда? – услышал он ее спокойный голос.

– Я – Солдат! Ну, то есть, меня тут так называют, а вообще я Паркер. Джон Паркер. Мне сказали иди, тебе там все расскажут и покажут…

Последовала пауза, после которой женщина сказала:

– Ладно, Солдат, заходи. Уже можно.

Паркер осторожно приоткрыл дверь и снова смутился.

Теперь эта красавица была в белом комбинезоне, таком тонком и тесном, что он не скрывал практически ничего.

– Я слышала, что кто-то вошел, но не придала значения. Говард торчок, ему все равно в каком я тут виде бываю. Для него главным было смену отработать и таблетки получить.

– Простите, а как к вам обращаться?

– Я – Сандра. Но все в лагере зовут меня Специалист. Так приказал Гуччо. Чтобы никакого панибратства и более близких отношений, – продолжала Сандра распаковывая какую-то спецодежду, а Паркер смотрел на ее лицо, столь же совершенное, как и все остальное у Сандры.

Карие глаза, четко очерченные брови с резким изломом, чуть припухлые губы и ямочки на щеках. И волосы цвета вороной стали забранные в деловой пучок.

Она что-то говорила, а он смотрел не отрываясь и глаза его стали увлажняться от умиления из-за этих ямочек.

– Ты чего улыбаешься, Солдат? Переодевайся давай, у нас тут все строго по расписанию! – скомандовала Сандра.

– А во что? – спросил он оглядывая свой городской прикид.

– Да, в такой одежде тут бывать не годится. Да и в лагере. Через пару недель вернется сезон гнуса и тебе несдобровать. К тому же тряпки твои уже прокисли. Сколько без душа?

– Э-э… Вторые сутки.

– Вот. А у нас тут стерильность, – произнесла Сандра со значением. – Поэтому сейчас идешь вон туда, тщательно моешь кислое тело под режимом «два» и только потом возвращаешься для одевания. Пошел вперёд, времени мало! Шмотки свои в ящике оставишь!

Паркер прошел в узкую, прямо таки флотскую дверцу, за которой оказался гигиенический пост.

Все это было ему знакомо, ведь именно такими гигиеническими постами приходилось пользоваться на передовой.

Сбросив всю одежду в пластиковый ящик, Паркер пару секунд смотрел на пояс с наличностью, а потом сунул его в пенал с принадлежностями для мытья и шагнул в моечную капсулу.

Там на панели выбрал режим «два» и зажмурился, когда по нему ударили струи водозаменителя, который очищался тут же за стенкой в специальном магнитном бойлере.