— Спокойной ночи, — сказала Эбби охрипшим голосом.

Майк коснулся кончиком пальца ее рта, прошелся по его изгибу, задержавшись на пышной нижней губе. Медленно, очень медленно он вплотную приблизился к алому рту Эбби и прихватил зубами ее припухшую губку. Эбби почувствовала, что его язык скользит по ее губе и затаила дыхание, как всегда испытывая истому.

— Спокойной ночи, Майк, — пробормотала она.

— Хорошо, Эбби, я понял. Спокойной ночи. — Он кивнул и повернулся, чтоб уйти.

Это только начало, и ему надо пока довольствоваться этой маленькой победой. Он безумно желал ее, но еще больше боялся отпугнуть грубым поспешным натиском.

Эбби продолжала стоять и немигающими глазами смотрела ему вслед. Наконец она открыла дверь квартиры и вошла внутрь.

«И что же ты делаешь?» — спросила она у своего отражения в зеркале ванной комнаты. В зеркале она увидела растревоженные глаза с поволокой. Палец непроизвольно потянулся к губе, которую всего лишь минуту назад ласкал Майк. К лицу Эбби прилила краска, когда она вспомнила, что не только не сопротивлялась, но даже охотно ответила на его поцелуй.

Со стоном раскаяния отвернула она кран и поспешила встать под душ, нисколько не заботясь о том, что хлынувшая вода может либо ошпарить, либо заморозить ее. Через две минуты она выскочила из-под душа и стала быстро растирать дрожащее тело. «Если он снова пригласит меня куда-нибудь, я откажусь», решила она, скользнув под легкое покрывало.

Решимость Эбби поколебалась, когда она увидела, как Майк входит в бар, и уж совсем покинула ее к моменту его закрытия. А когда в ранний час следующего дня она забралась в постель, то ощутила себя счастливой вдвойне. Во-первых, из-за того, что было воскресенье и ей не надо было возвращаться на работу до среды, а во-вторых, из-за предстоящей поездки в Седро Вули она не сможет встретиться с Майком даже случайно.

Вечер среды выдался на редкость спокойным. Эбби была рада этому еще и потому, что хотела, чтобы Триш показала ей, как делать напитки, которые Эбби еще не приходилось приготовлять самой.

— Вот здорово, — обрадовалась Триш. — Понимаю, что для тебя это не очень хорошо, но все же очень рада, что у нас было немного посетителей.

— Я тоже. — В глубине души Эбби радовалась еще тому, что никого из Саммерсов не было видно. — И раз уж у нас есть время, поучи меня смешивать коктейли.

— С удовольствием, как только ты овладеешь и этим искусством, то мы, если устанем, всегда сможем подменить друг друга… Ничего, со временем научишься, — подбодрила Триш Эбби после того, как та испортила очередной «Май-тай». — Только побольше терпения.

— Ах, тебе легко говорить, — удрученно проговорила Эбби.

Она во все глаза смотрела, как уверенно Триш делает «Текуилу Санрайз». Вдруг Эбби осенила догадка.

— А я знаю, почему ты такой спец по этому напитку. Из-за Лиса.

— А вот и нет. Любимый коктейль Лиса «Ром и Семерка». А «Санрайз» он пьет только тогда, когда Майк угощает, потому что он дороже.

— Вот негодник! — рассердилась Эбби. — А Майк об этом знает?

— Вероятно. От взгляда Майка немногое укроется.

К ужасу Эбби, в этот момент она услышала голос Майка.

— Ты снова упоминаешь мое имя всуе, Триш?

Эбби обернулась и встретилась с Майком взглядом. Он торопливо приближался к ним, и глядя на то, как он идет, Эбби подумала, что в его походке есть что-то хищное.

На нем были выходные брюки, модные туфли и голубая рубашка, открывающая загорелую бронзовую шею. В одной руке он держал плетеную корзинку для пикников, через другую был переброшен спортивный пиджак.