Жить в нищете, охраняя королевские сокровища, — как же это должно быть безрадостно!

— Полно, Алиса, не отпирайтесь, — заговорил он, — вы уже выполнили свой долг. Скажите мне, где спрятана королевская шкатулка?

Она застыла на месте, не смея даже вздохнуть, потом вскинула подбородок и посмотрела на него в упор.

— Здесь нет никаких вещей королевы, — спокойно солгала она.

Раймон уронил руки. О святой Петр, это не женщина, а кремень! Ее упорство было забавным. Он с трудом сдержал улыбку.

— А что касается свадьбы, — тихо продолжала она, — то я приеду к вам в Кернстоу через две недели, если хотите.

Раймона начало утомлять упорство этой леди.

— Нет, не хочу. Я хочу жениться на вас здесь и увезти вас с собой в Кернстоу, леди Алиса. Вы пойдете под венец, как только священники закончат свои приготовления. Такова моя воля.

В ее глазах вспыхнула холодная ярость.

— Прекрасно, — проговорила она. — Вы отбросили ваши любезные манеры и высказались напрямик. Что ж, последую вашему примеру. У вас есть письмо от королевы, в котором она приказывает вам жениться на мне. У вас есть отец Грегори, который готовится отслужить свадебную церемонию. Вы вообразили, будто здесь спрятаны какие-то сокровища, и хотите, чтобы я их нашла. У вас есть отряд из десятка громил, которые заняли Морстон и в любой момент встанут на защиту ваших интересов. Но на мне вы не женитесь, Раймон де Базен!

Он подавил желание дотронуться до нее.

— Вы говорите так, будто я хочу вас изнасиловать. Я привел сюда этих людей не для того, чтобы вас напугать. Я приехал с честным намерением — жениться на вас с благословения королевы. Леди, ваши обвинения кажутся мне странными.

— Странными? Что же странного в том, что я даю отказ незнакомцу, который всего час назад увидел эти края и уже требует, чтобы я вышла за него замуж?

— Прошу вас, леди Алиса…

— Мне даже не нужно вас выпроваживать. Вы сами скоро сбежите отсюда в Виндзор, чтобы отказаться от этой свадьбы.

Она замолчала, прерывисто дыша. Раймон нахмурился. Эта женщина городит какую-то чушь. Уж не сумасшедшая ли она? Если так, тогда понятно, почему она просидела в девках до девятнадцати лет.

Он опять положил руки ей на плечи и почувствовал, как она съежилась.

— Успокойтесь, леди Алиса. Я не желаю вам зла. — Раймон опустил ладони с ее плеч и погладил ее руки. — Никто не сбежит в Виндзор. Давайте поговорим завтра, когда вы придете в себя.

— Нет, мы поговорим сейчас. Выслушайте меня, милорд. Я не… не гожусь в жены. Вам нельзя на мне жениться.

Ах вот оно что! Его невеста знает, что ей недостает манер благородной дамы.

— Вас беспокоит, что вы не обучены светскому этикету? Не волнуйтесь, миледи. Мне это безразлично. Когда мы приедем в Виндзор, среди придворных женщин найдется много желающих научить вас, как надо одеваться, и прочим вещам.

— Вы дадите мне сказать? Я говорю не про манеры. Я говорю про… невинность. — Она быстрым движением поправила на плечах свой грубый шерстяной плащ. — Я не девственна.

Ее слова повисли в воздухе. Воцарилась долгая тишина. Раймон переводил взгляд с неподвижного лица девушки вниз, на ее красные потрескавшиеся руки, и обратно — туда, где мелкие зубы держали закушенной нижнюю губу.

— И кто же ваш любовник, леди Алиса? Старый отец Грегори? Или этот тощий мальчуган Уот? И где вы с ним встречаетесь? В сарае для шерсти? Или здесь, в церкви? Леди Алиса, ваши отговорки раз от раза делаются слабее. Сначала вы говорите, что хотите уйти в монастырь, потом заявляете, что у вас есть любовник.