— Молока хотите? — предложила она, видя, что гости потеряли голос. И при-гласила их в горницу.

— А здесь есть ещё какие жители? — сумела преодолеть немоту Наташа.

— Есть кое-кто. Вон напротив, Пелагеюшка живёт. Немного дальше кузнец с женой. А вы-то чьи будете?

— Мы в доме у Семёновых. — неопределённо ответил Лён.

— Внуки, значит! — обрадовалась бабка.

— Евдокия, кто пришёл? — раздался из-за печки голос.

— Спи, мама, не к нам пришли.

Наевшись блинов и напившись топлёного молока, гости, как были в недо-умении, так и вышли. Поблагодарили, но более расспрашивать поостереглись. Ед-ва закрыли за собой калитку, так тут же оба посмотрели на дом Семёновых. Это точно он, но гораздо новее, покрашены наличники, а вот фасад — бревенчатый, ва-гонкой не покрыт. Можно было разглядеть коровник, баню на заднем плане. А да-лее всё утопало в подсолнухах. Садик обихожен, весело растёт морковь, тугие перья лука топорщатся на грядках, плодовые деревья.

Они переглянулись. Зайти в дом?

— Что-то мне не по себе. — прошептала Наташа. — Такое впечатление, что здесь ставится спектакль о счастливой жизни на селе.

«Если это так, то декорации очень убедительны.» — подумал Лён и не ответил.

Сразу бросился в глаза нежилой вид того дома, в котором в их мире происхо-дили съёмки. Он был тёмен и неприветлив. Огород зарос всякой сорной дрянью. Забор весь покосился. А крыша крыта драной толью.

— Давай заглянем. — неуверенно предложила Наташа.

На двери не было замка и оба решились подойти. Дверь со скрипом отвори-лась. Пахнуло сухой пылью и мышами. В сенях темно. Едва сумели обнаружить дверь. А вот внутри всё было несколько иначе. С удивлением ребята обнаружили, что в доме кто-то жил. Тут была мебель, половики, фотографии на стенах, кровать застелена, на посудной полке — миски, ложки, чашки. И, что было совершенно удивительно — старая электроплитка! Лён поискал розетку. Но в доме не было и следа проводов.

— А ведь здесь нет столбов! — воскликнула Наташа.

Они обследовали следующую комнату, всякую минуту ожидая, что раздастся сердитый голос и спросит их, зачем они залезли в чужой дом. Вторая комната бы-ла поменьше. В ней находился столик, стул, пружинная кровать и шкаф. Кровать застелена, подушки взбиты. На старой этажерке — книги.

— Пойдём отсюда. — не выдержала Наташа. — Мне более невмоготу.

Лён и сам ощущал неспокойность этого места. Так, ничего и не понимая, они покинули его.

— Теперь куда? — задала она вопрос.

— Давай подумаем. К сожалению, мы проникли на Селембрис, если это она, совершенно незапланированно. А это значит, что твой последний шанс исполь-зован. Однако, всё, что нам нужно — это вернуться в Блошки днём, когда эти картуши исчезнут.

— С чего ты взял, что они исчезнут. — не согласилась Наташа. — Старухи в Матрёшине говорили, что эти твари ходят в любое время суток.

— И что мне особенно в них не понравилось… — продолжил Лён свою мысль.

— Что они говорят?

— Нет, это полбеды. Они не испугались дивоярской стали. Когда вурдалаки ви-дели мою иголку, они дохли от одного лишь страха. Когда я был Гедриксом, сква-бары тут же поняли, что за меч в моей руке. А эти гады даже и не напугались. По-этому я и не вступил в бой. Всех в один момент не перебьёшь и картуши успели бы нас обоих покусать.