|
Город жил своей обычной жизнью, полный звуков и ароматов, которые пробуждали в Дэфе поток воспоминаний. Его кожу покалывало от давно забытых ощущений. Проходя мимо магазина с оружием, он непроизвольно задержал взгляд на двух полицейских. Те стояли у входа, смеясь и обмениваясь шутками. Но стоило Дэфу встретиться с ними взглядом, как по спине пробежала холодная дрожь. Его лицо исказила гримаса отвращения и злости, а пальцы невольно сжались в кулаки. Эти люди в форме вызывали в нем что-то глубоко запрятанное, но все еще болезненное. Лиф, заметивший эту реакцию, подошел ближе и тихонько тронул брата за руку, выдергивая его из водоворота мыслей. Это движение заставило Дэфа моргнуть и перевести взгляд на Лифа, а затем снова на полицейских. Те, видимо, почувствовав его пристальный взор, перестали смеяться. Теперь они наблюдали за ним издалека, их лица стали напряженными, а руки инстинктивно потянулись к оружию на поясе. Напряжение между сторонами нарастало, словно невидимая стена начала формироваться между Дэфом и представителями закона. Но вместо того чтобы ответить на их настороженные взгляды или сделать шаг вперед, Дэф лишь скривил губы в едва заметной усмешке. Он медленно развернулся и пошёл прочь, оставляя за собой только тень своего прошлого и недосказанность.
Лиф невольно вздохнул с облегчением, когда их путь привел к старому кирпичному зданию. Его витражные окна, переливающиеся от изумрудно-зеленого до глубокого фиолетового, создавали причудливые узоры на стенах, словно само здание дышало магией. Свет, пробивающийся сквозь цветное стекло, придавал окружающему пространству почти сюрреалистический вид. – Зачем мы здесь? И где мы вообще? – озадаченно спросил Лиф, осматриваясь. Перед входом в здание валялись груды мусора. Кое-где виднелись бурые пятна, напоминающие запекшуюся кровь. Огромные клыки и длинные когти, разбросанное повсюду, служили детям игрушками для импровизированных боев. Их смех и возгласы резко контрастировали с мрачной атмосферой места, будто сама жизнь пыталась вырваться из тягот этого уголка города. – Это подпольный клуб, где работала первая жертва недавних убийств, – пояснил Дэф, не отрывая взгляда от входа. – Боб Снейгер. Ростовщик, управляющий подпольной химической лабораторией. Не самый приятный тип, но его смерть вызвала слишком много вопросов. – После короткого объяснения он уверенно шагнул внутрь здания. Лиф, помедлив секунду, последовал за ним. Внутри здание встретило их полумраком и сыростью, пропитанной запахом пота и металла. В центре помещения находилась арена, окруженная металлической сеткой. На ней двое бойцов, облаченных в потрепанную экипировку, отрабатывали удары друг против друга. Услышав шаги, они прекратили тренировку и замерли, внимательно наблюдая за вошедшими. В их глазах читалось любопытство, смешанное с осторожностью. Когда из тени появился Лиф, один из бойцов расплылся в насмешливой улыбке. Его лицо выражало искренний интерес, но в голосе слышалась издевка: – Неужели нас посетил сам Лиф Фортис, наследник клана «Кайросс»? Чем обязаны такой чести? Лиф явно смутился, услышав свое имя. Он начал мяться, пытаясь подобрать подходящие слова: – Эм… мы… – Мы пришли, чтобы задать вопросы об убитом, – бесстрашно перебил Дэф, шагнув вперед. Его голос звучал холодно и уверенно, не оставляя места для колебаний. – О Бобе Снейгере. Боец, который до этого смотрел на них с легкой ухмылкой, моментально изменился. Его лицо стало серьезным, а тело напряглось. Он выпрямился во весь свой внушительный рост, демонстрируя развитую мускулатуру, и встал перед Дэфом, словно пытаясь подчеркнуть свое физическое превосходство. – А с чего ты взял, что мы тебе хоть что-то расскажем? – процедил он, сузив глаза. Его голос звучал угрожающе, но в нем чувствовалась скрытая настороженность. |
