Но этого не потребовалось. Одеяло было отброшено в сторону, а на матрасе остался только отпечаток тела.

Я вновь вышла на лестничную площадку.

— Чарльз? — позвала я и услышала в ответ полное молчание. Даже стиральная машина прекратила работать. И только спустившись до половины лестницы, я поняла, что белье, которое я загрузила в нее утром, должно было бы давно постираться. Так что звук, который я слышала в ванной, был звуком закрываемой входной двери.

Сначала я не задумалась, куда он мог отправиться — меня скорее интересовало, каким образом это ему удалось. Мне стало нехорошо от того, что Чарльз может отправиться бог знает куда в том ступоре, в котором он должен находиться после дозы лекарства, которую я ему дала. Но хуже всего мне стало, когда я подумала, что он в таком состоянии может взять машину. Если он попадет в аварию… Этого мое измученное сердце и огрубевшая от слез кожа лица уже не выдержат.

Я бросилась к придверной тарелке и с облегчением увидела, что электронный ключ от нашего убитого хетч-бэка все еще на месте. Но ведь рядом лежали ключи от дома Марго — с соответствующей, написанной от руки, меткой, перевязанные непонятной синей лентой от какой-то дизайнерской сумки. Все внутри меня похолодело.

Теперь я знала, куда направляется Чарльз. И мне вовсе не хотелось думать о его мотивах.

26

Марго

Я замерла на месте, окаменевшая, как в одном из своих снов, а детка у меня над головой с каждым мгновением становилась все ближе и ближе к падению с высоты. Мои глаза не отрывались от Чарльза, как в свое время не отрывались они от стоявшей на балконе Хелен.

Умоляю.

А потом — в темноте за спиной Чарльза — началось какое-то движение, и он, нетвердо стоявший на ногах с вытянутыми вперед руками, качнулся в сторону, когда что-то врезалось в него. В тусклом свете на лестничной площадке я заметила светлые волосы и невысокую фигуру, появившуюся со стороны детской.

Мэгги.

Закачавшись от удара, Чарльз стал разжимать пальцы, которыми держал Лайлу — так люди бросают грязное белье в стиральную машину. На моих глазах Винни преодолела последние несколько футов, разделявшие их.

Я вспомнила о другой девочке в объятиях мужчины, которая не могла сказать, что с ней происходит. Это было целую вечность назад, и ту девочку Винни тоже спасла.

Никогда не любила размышлять о том, что могло случиться, если б она тогда не ворвалась в тот кабинет. Старая подруга была девочкой смелой, в груди у нее билось благородное сердце. А сейчас я заметила, насколько она похудела, насколько горе изменило ее, — и сердце заныло, хотя сейчас я всеми своими помыслами была с Лайлой. Но в моем сердце всегда будет место и для Винни.

Ребенок — мой ребенок — несколько мгновений находился в воздухе, прежде чем грохнуться на руки подруги. На те самые сильные и надежные руки, которые, несмотря ни на что, бессчетное количество раз обнимали меня долгие годы.

И я вспомнила, как мы давным-давно жили с Винни. Это было еще до Хелен, до смерти Джека. Как здорово мы подходили друг другу, как радостно проводили дни вместе, как верны были друг другу…

Винни пришла, чтобы помочь Лайле, а не причинить ей зло. Она уговаривала Чарльза, как когда-то уговаривала меня…

Теперь все внимание Винни было сконцентрировано на крохотном личике, смотрящем прямо на нее. Она изу-чала черты лица, которые — теперь я была в этом уверена — за грядущие годы узнает не хуже моих.

Размахивая руками во все стороны, Чарльз пытался восстановить равновесие. Я поняла, почему его голос показался мне таким странным.