«Надо было предупредить», — подумала она.

— Привет, Мэгги, — сказала тогда Марго, спускаясь в столовую после того, как уложила Лайлу в кровать. Тим выпивал вместе с Ником, а Мэгги накрывала на стол. Марго расправила на своем некогда беременном животе слегка заляпанную серую футболку. Живот стал гораздо меньше, но не исчез окончательно. Мэгги подумала, что это можно назвать «пограничным состоянием» или чем-то вроде этого. Она знала, что все свежеиспеченные, да и не только, мамочки сознательно или бессознательно постоянно думают о нем.

— На обложке ты выглядишь восхитительно. — Улыбка Марго ни секунды не играла на губах, не говоря уже о глазах или щеках. Более того, глаза стали слегка влажными — возможно, от усталости. — Поздравляю! Теперь ты новая звезда «От».

Она наклонилась над столом, взяла бокал с водой, налитый Мэгги, и протянула его, чтобы чокнуться. Когда бокалы соприкоснулись и женщины посмотрели друг другу в глаза, Мэгги увидела, сколько усилий потребовалось бывшему фешен-редактору, чтобы высказать восхищение своей «замене».

— Спасибо, Марго, я… — Она изо всех сил старалась сдержаться и не попросить прощения. Она не знала, откуда вообще возникло это желание извиниться, а также за что она собирается просить прощения, но сама Марго при этом напоминала ей святую мученицу. Мэгги обиженно подумала, что одного этого ее вида было бы достаточно, чтобы человек почувствовал себя плохо за то, что ему хорошо.

Новой звезде вдруг захотелось рассказать своей предшественнице о том, что она почувствовала, когда узнала, что фото поместят на обложку. Мысленно Мэгги уже называла журнал «мой».

Возможно, придется расстаться с работой, но этот номер у меня никто не отнимет.

Когда Мофф сказала ей, она с трудом поверила. Мэгги как раз проходила мимо кабинета главного редактора, направляясь к принтеру, когда палец с наманикюренным ногтем коричневого цвета поманил ее в угловой офис. Лак всегда был одного и того же оттенка и от одного и того же производителя — Холли сказала, что он называется «шоколадный лабрадор».

— Я насчет вашей статьи, — сказала Мофф, глядя на экран компьютера и отвечая на письмо. Ее послания редко бывали длиннее нескольких фраз — обычно короткие мнения или приказы. — Меня подвел агент Сары Мара, — продолжила она. Сара Мара — кинозвезда, чей портрет должен был появиться на обложке номера со статьей Мэгги. Светловолосая амазонка, снимающаяся в основном в фильмах по комиксам. Обычно их потребляла женская аудитория, но и мужчины от них не отказывались. — Не сможет приехать на фотосессию, а искать кого-то другого у нас нет времени. Вот так. Вместо нее поместим вас.

Вначале Мэгги решила, что это какая-то нелепая проверка. Она еще не забыла восторга Мофф по поводу оговорки во время собеседования. Для этой женщины ранить чье-то эго было наслаждением, и вот как раз сейчас у нее прекрасная возможность разыграть нового фешен-редактора. Но высокая стройная женщина по другую сторону стола казалась абсолютно серьезной.

— Конечно, придется кое-что исправить в статье. Это все очень мило, когда вы пишете, что одиноки и счастливы, бла-бла-бла, но необходимо, чтобы вы были счастливее всех остальных. Это должен быть манифест. Или боевой клич.

И только увидев сигнальный экземпляр, Мэгги поняла, что имела в виду Мофф. Она свела все к войне кланов — Мэгги против самок. Вначале Бичер почувствовала тошноту — ведь теперь, после встречи с Тимом, она как раз нацелилась присоединиться к компании своих противниц.