— Ненавидящий холод снизойдёт на землю, искоренит жар и распахнёт врата. Северные ветра вырвутся на свободу и изничтожат жизнь в остывающих телах, помиловав лишь достойных… — Выставив правую руку вперёд и ограничив манёвр закончившей восстанавливаться вампирши цепью вьющихся вокруг неё молний, я целиком отдался пронизывающему меня потоку магии, вливая её в формирующееся заклинание. В какой-то момент я перестал даже видеть, что именно происходит на земле, и во избежание промаха лишь влил ещё больше маны, обеспечив такую частоту ударов молний, что между вспышками не проходило и сотой доли секунды. Какой бы живучей не была Кей, но моя Гроза с лёгкостью пробьёт её защиту и выиграет время для завершения основного заклинания. Я — маг, моя сила в универсальности и заклинаниях. Она — вампир, фактически обрубок мага, обладающий чудовищными способностями к регенерации. И я никогда не поверю в то, что за эти годы она могла освоить больше, чем освоил я. Никогда! Иначе зачем мне вообще нужна гордость?! — И будет последнее слово за мной, хозяином хлада и ледяным принцем! Склонись у подножья трона! ТРОННЫЙ ЗАЛ!

Всё стихло, и лишь эхо моего крика, да завывания мечущегося с места на место и пытающегося найти себе место в творящемся хаосе воздуха раскалывали мёртвую тишину. Несмотря на все свои знания и умения, несмотря на то, что лишь единицы из моих современников имеют призрачные шансы достичь моего уровня, я всё ещё не понимал магию. Не понимал, откуда заклинания черпают силы, и почему фраза “Очень сильно заморозь!” никогда не приблизится в эффективности к олицетворению холода. Но если я не понимал, то это не значит, что я не мог пользоваться этой системой и составлять свои заклинания, одно из которых сейчас и было продемонстрировано. Пафос? Громкие слова? Уверяю вас — никто не скажет и слова против, если ему повезёт пережить применение этих чар.

Я повернул голову. Там, в паре километров к югу возвышались покрытые изморозью стены Рилана. К счастью, защита устояла, и моя магия не обратила в лёд всех горожан кроме тех, кто находился в моём доме. А ведь шансы на то были, и я осознанно поставил жизни людей на кон. Почему? Боялся умереть. Умереть — и не суметь защитить всё то, что ценил. Я хотел жить, жить долго и счастливо, а встреча с безликой старушкой-смертью, как и, впрочем, проведение в печати ближайшей вечности, этому совсем не способствовали. Помните, когда я рассуждал про чашу весов и рациональный выбор? Так вот — сейчас на одной чаше лежала моя жизнь и жизни моих родных, а на второй жители Рилана, для которых я был защитником и героем. По-настоящему тяжёлый моральный выбор, но я был готов принять на себя груз вины за массовое убийство, если бы мне не повезло. Правда, сегодня фортуна на моей стороне — она подарила мне шанс пожить с относительно чистой душой и лёгким сердцем.

Я чуть шевельнул рукой, — не потребовалось даже заклинания, — и ветер чудовищной силы в одно мгновение разогнал в стороны клубящийся и над землёй, и в небе ледяной туман. Расположившийся за моей спиной ледяной трон в полсотни метров высотой искажал лунный свет, переливаясь леденящим взгляд серебром и пуская редкие лучи в стороны, которые, в свою очередь, также преломлялись и растекались по огромному замороженному плато, в которое я превратил и поля, и лес.