Поразительная разрушительная мощь заклинания, впервые использованного мною в полную силу, поражала воображение. Армия? Десять армий? Все они, даже находясь под защитой экспертов и королей лишатся жизней, обратившись в ледяные статуи. Прямо как те, кто сейчас находился под моими ногами.

Я плавно спустился на землю и походя снёс голову одной из статуй вампиров — приспешников Кей. Зазвенел расколовшийся лёд, гулко ударился об замёрзшую землю и разлетелся тысячью осколков. В установившейся тишине этот звук был подобен грому, но распластавшаяся передо мной Кей, голая, бессознательная и неспособная зарастить даже несколько царапин, только что оставленных пролетающими мимо кусками льда, никак на это не отреагировала. Сохраняя бдительность и будучи готовым в любое мгновение добить вампиршу, я убедился в том, что артефакты под землёй представляют из себя насквозь промёрзший нефункциональный мусор, после чего опустился перед Кей на колено. Запястье левой освободилось от чёрных пластин, и я коснулся обнажённого живота девушки, собрав в кулак все свои невеликие способности к магии крови. Я хотел знать, насколько она близка к смерти и представляется ли возможным её пленить. Совсем мало времени я посвящал изучению техник запечатывания и удержания, считая это для себя совершенно бессмысленным. Перед тобой враг? Убей его. Не враг, но напрашивается на урок? Избей и отпусти. Вот только столь простая схема сейчас дала сбой, так как мне была нужна информация, а Палач всё ещё не видел вампиршу. Даже в упор, находящуюся без сознания и не имеющую при себе даже нижнего белья, не то, что артефактов…

Тем временем я с каждой секундой всё больше убеждался в том, что сейчас Кей никакой опасности не представляет, и печать ляжет так, как надо. Всё было бы сложнее, будь физическая форма вампирши на порядок лучше, но без магии крови она станет самой обычной молодой девушкой, которую можно убить простым ударом кинжала. Кровь ей взять неоткуда — все запасы я обратил в ледяную пыль, унесённую ветром, а собственных запасов вампирше едва хватит на поддержание в себе искры жизни.

Но перед тем как приступать к наложению печати, следовало рассеять форму, что я тут же и сделал. Все враги мертвы, Кей без сознания… бояться некого, а тратить силы зазря я никогда не любил. Единственное, что меня сейчас беспокоило — так это то, что прибывшая прямиком из моего местного детства девушка видела меня на пике сил, а это была одна из тех тайн, которую я хотел сохранить в секрете. Иначе какой это козырь?

С такими мыслями я, параллельно размышляя о том, что же делать с вампиршей после получения интересующей меня информации, принялся за установку печати.

— Надеюсь, ты не помрёшь в процессе, подруга…

Часть II.

Я вместе с Дигоном и Кларком вышагивал по улицам на удивление тихого города, одним лишь взглядом отваживая порывающихся спросить с нас за прогулки по улице во время военного положения патрульных. Уже плевать, если вдруг кто-то захочет спросить, какого, спрашивается, чёрта я не отчитываюсь перед графом за устроенный бардак. Он сам пять дней тянул резину, не желая со мной встречаться, а теперь — моя очередь. Пусть подождёт, пока я стану таким же добрым, каким был до стычки с Кей. А то ишь, высокопоставленные какие — а я что, грязный бродяга, что из канавы вылез и к королю ломился?

— Слушай, Золан… — Попытался начать разговор Дигон, которого я вытащил из “темницы” с Кларком заодно. Ну, как вытащил — вломился в приёмную и вежливо попросил освободить знакомых, надавив на несогласных титулом. Собственно, после этого мне разве что в зад не дули, из-за чего мне даже понравилось вести себя по образу и подобию обычного мелкого аристократишки. Побольше гонору, побольше угроз — и перед тобой открываются любые двери.