Ну и что, мать отвечает, его никто силой не тянул, а если ребенок сразу получился, так это бывает. Бывает, конечно, тетя Лида говорит, и Сергей на тебе женился, только ты к бабке Илюнихе снова побежала, чтобы мужа удержать.

И бабка дала травку, которую ты завариваешь и ему в питье подливаешь сколько лет уже, хоть бабка Илюниха и умерла давно. Зря ты, Валентина, это делаешь, неправильно это, нехорошо. Ты на мужика-то посмотри, от него, считай, за эти годы половина осталась. Травишь ты его зельем этим!

— Ну надо же… — Анна выслушала рассказ сестры с недоверием. — А что дальше было?

— Да мать как заорет — не твое, мол, Лидка, собачье дело, сама со своим мужем разберусь, у тебя совета не спрашиваю. И выгнала ее, а потом тетя Лида замуж вышла за москвича какого-то и уехала. Прощаться не пришла, на улице мы с ней столкнулись, попросила она матери передать, что при своем мнении осталась и что папашу моего ей жалко.

Я как дура все передала слово в слово, так мне же еще и попало от матери. Так что ты, Анька, про это с родителями не заговаривай и фотку эту убери.

Что Анна и сделала, а потом вообще выбросила этот разговор из головы.

С дочками отец общался мало, у них в маленьком городке было не принято, чтобы мужчина возился с малышней: купал, носил на руках, вытирал нос и катал в коляске. Еще если сын подрастет, то потом можно его с собой на рыбалку брать или учить играть в футбол, а с девчонкой-то что делать?

Мать тоже не слишком вникала в заботы дочерей. Накормить, следить, чтобы не болели, пока маленькие, потом присматривать, чтобы не гуляли допоздна, желательно, чтобы хорошо учились — это для того, чтобы в школу не вызывали, насчет того, чтобы образование получить, родители не заморачивались.

Татьяну мать вообще не любила, потому что старшая дочка была похожа на отца. Говорят, это к счастью…

Анна, как ни старалась, никак не могла увидеть в лице сестры черты отца, пока не попалась ей та свадебная фотография.

Ну да, улыбка у Таньки, пожалуй, отцовская, глаза блестят ярко. Веселая была Танька, заводная…

Школу закончила, потом курсы и устроилась кассиршей в большом магазине. Там и приметил ее Антон.

Собственно, парни и раньше вокруг Таньки вертелись, мать из-за этого ворчала, только сестра все отмахивалась от нее со смехом — мол, не боись, мамаша, все будет путем, внука тебе раньше времени не принесу. Но вот с Антоном…

К тому времени у них в городе произошли некоторые изменения. Завод шин, на котором трудились родители, накрылся медным тазом, и его купил один приезжий, как его называли в городе, олигарх, а на самом деле просто обеспеченный человек.

Было их несколько компаньонов, и задумали они шинный завод реанимировать, перестроить, чтобы он выпускал какие-то особенные лицензионные шины.

А пока рабочих уволили, оставили малый процент, и среди них был отец Анны и Татьяны. Начальство бывшее его выбрало: водителем он был отличным, к тому же не пил почти совсем.

Столовую, естественно, закрыли, и матери пришлось идти работать в частную пекарню. Работа тяжелая, к тому же начинать нужно было там с пяти утра.

Город потихоньку возрождался. Построили гостиницу для специалистов. Местных нанимали только на самые простые работы, да и то не всех.

Себе хозяева выстроили несколько типовых домов, на самом деле самых обычных, но местным они казались верхом совершенства.