Она, вообще, понимает, что ему Машкины атаки ничего сделать не могут? Как поможет ствол?

Тем не менее, Аника открыла огонь. Точнее, сделала всего один выстрел. Тщательно выверенный — я даже смог заметить, как она задержала дыхание перед тем, как палец утопил спусковую скобу.

Бах!

И наемника, мечущегося из стороны в сторону, закрутило на месте и сбило с ног.

Попадание? Попадание! Пуля из пистолета пробила щит огневика, а следом — и его плечо! Как, блин!

«Спецбоеприпас», — снисходительно всплыло из памяти реципиента.

Да, точно. Фактически, небольшой — и очень дорогой вид патронов, способных пробивать защиту магов до уровня Ветерана. Штучная вещь, не получившая широкого распространения по вполне понятным причинам. Даже представить не могу, что пришлось сделать Анике, чтобы получить доступ в спецхран, и взять там патроны, каждый из которых стоит, как половина моего «Даймлера».

А ведь им еще попасть нужно!

Получив подмогу от начальницы, Маша реализовала время по полной. Буквально залила поверженного противника разномастными заклинаниями. Тут и огонь был, и лед, и ветер, и молнии. Даже какая-то экзотика, вроде едва светящейся фиолетовым в темноте лезвия косы. Короче говоря, выдала все, чтобы перегрузить, а затем пробить щит врага.

Но тот не дал ей этого сделать. Словив на мигнувшую сферу только огненный пульсар и шаровую молнию, он крутанулся, подскочил, и стремительно понесся к мобильному доспеху, на ходу уворачиваясь от его атак. Воронину огневик тоже теперь не выпускал из виду — следующая выпущенная ею пуля, прошла в нескольких сантиметрах от бедра беглеца.

Наш противник оказался настоящим профи. Проигрывающий в чистой силе той же Мединской, он умел брать опытом. И сейчас стремился вывести из строя самого опасного противника — оперативницу в броне. Для меня, да и для него, полагаю, было очевидно, что как только это случится, разобраться с недомагом вроде меня, и вооруженной обычным пистолетом Ворониной, труда уже не составит.

Поэтому я не мешкая, вложив в этот бросок чуть ли не половину оставшейся у меня маны, отправил ему под ноги волну сырой силы. И это сработало! Споткнувшись, поляк кубарем покатился по асфальту, попутно поймав на щит ледяную сосульку и ветвистую молнию. А напоследок еще и пулю в икру. Ха! Это лишит его подвижности!

Наемник сумел подняться и укрыться крыльцом подъезда — схватка уже сместилась к соседнему дому. Маша поосторожничала туда кидать магию, все ж таки жилой сектор, мало ли что. А вот тот без стеснения выстрелил оттуда пульсаром — сукин сын!

Из всей нашей компашки у меня был лучший обзор его укрытия, а потому я увидел, как он раскалил один из пальцев добела и тут же приложил его к ране. Даже несмотря на расстояние в полтора десятка метров, мне послышалось шипение плоти и сладковатый запах сгоревшего мяса.

«Да он чертов маньяк!» — мелькнула мысль, когда поляк выбежал из укрытия и снова бросился к Маше.

На этот раз маневр ему удался. Добравшись до Мединской, пропустив над головой метнувшуюся к нему конечность мобильного доспеха, он с силой хлестнул его своим любимым «пламенным лезвием» по ноге, целясь в коленный сустав.

Мы с Аникой могли за этой схваткой в близком контакте только наблюдать. Для Ворониной стрелять было опасно, а я…. все равно ничем своим сырым выхлопом помочь не мог.

Раз — и перекат в сторону. Два — проскользил прямо под ступней и выпрямился уже за спиной. Три — защита технорыцаря мигнула и погасла. Четыре — а вот хрен тебе, курва! Кроме щита у мобильного доспеха еще и броня имеется!

Но наемник это и без меня знал. И добивался только перегрузки защитного поля доспеха. А когда она пропала, не тратя больше ману на взмахи огненной плетью, всадил под колено Машке довольно обычного вида нож, вроде охотничего.