Особо одаренные, в смысле, те, кто не филонил на уроках, имел большую практику, и удачно вписался в генетический пул при рождении, могут этот самый «доспех» ставить мгновенно. На одних инстинктах.

Те, кто поднимаются до ранга Воина, простым людям уже не по зубам. Конечно, команда спецназа с хорошо подобранным оружием, боеприпасами, шарящим за тактику командиром, и удачно выбранным местом проведения операции, имеет неплохие шансы и Ветерана завалить. Например, растянуть ему сектора обстрела, перегрузить защиту спецспредствами и обстрелом с разных сторон.

Только нужно учитывать, что пока они все это будут проделывать, сам одаренный будет швыряться заклинаниями, которые, в большинстве своем, легко преодолевают индивидуальную защиту бойцов пятого и шестого класса.

Если коротко, то шансы спецназа я бы оценил, как пятьдесят на пятьдесят. Да, как в анекдоте про блондинку: «Либо встречу динозавра, либо нет».

Идущие следом за Ветераном маги, как по мне, к людям уже относились постольку поскольку. Мастер, Грандмастер, Магистр, Архонт — это уже стихийное бедствие, различающееся только по области нанесенного ущерба. Переулок, район, квартал, город — как-то так.

Наш подозреваемый, напомню, был не ниже Воина. Теперь понятно эмоциональное восклицание обычно сдержанной капитана Ворониной?

Мы с Машей, пока наша начальница кружила вокруг трупа, как голодный хищник, стояли поодаль. Чтобы не мешать, как сама госпожа капитан сказала. Ну, мне, допустим, понятно почему. А вот с какой радости она Мединскую на периферии оставила?

Делать нам было нечего, так что я решил потихоньку начать ломать ледок в наших отношениях с коллегами.

— Что думаешь? — нейтрально произнёс я, нарушая молчание. Ни капельки не неловкое — Маша даже на труп не смотрела. Листала что-то на телефоне.

— А что тут думать? — поморщилась Мединская, не отрывая взгляда от экрана. — Конец месяца, а тут это…

Я сначала не понял, а потом усмехнулся. Всё, как у людей!

Опера довольно быстро преисполняются здорового цинизма и чёрствости, и безголовый труп беспокоит их гораздо меньше, нежели испорченные статистические показатели за месяц, квартал, год. Помню, как меня это в начале службы поразило до глубины души.

Дело было в новогодние праздники, на которые, как правило, в дежурство ставят молодых и залетчиков — я тогда еще в первой категории находился. Приехал в составе следственной группы на бытовое убийство, где обнаружил сидящего рядом с жертвой врача скорой помощи, который приехал раньше нас. Они со следаком поздоровались, после чего наш старший уселся по другую сторону от мертвеца, и начал перебрасываться фразами с медикам.

Обычными рабочими вопросами: время смерти, причина, сопутствующие обстоятельства. Добило меня не это. А то, как врач через труп следаку жвачку протянул.

Потом понял, что проблема не бездушности ментов. Или медиков, если уж на то пошло. Их поведение — просто защитная реакция разума на постоянный стресс. Когда в постоянном режиме смотришь на боль, кровь и разрушенные человеческие судьбы, иного выхода на самом деле нет. Либо ставишь барьер, либо слетаешь с катушек.

— Думаешь никаких шансов? — «удивился» я. Надо же было ее как-то разговорить. — Может эксперты какую-то зацепку дадут?

Маша в качестве ответа пожала плечами, и продолжила ковыряться в смартфоне. Ничего. И не таких удавалось разговорить!

— Паршиво, конечно, что убийца маг, — продолжил я «беседу». — С другой стороны, у нас в группе теперь целых два одаренных. Ты же тоже носитель способностей?

Для установления первого мостика к доверительности, нужно найти что-то общее. Вот я и выдал про одаренность. Но вызвал у девушки только гримасу неудовольствия.

— Я что-то не то сказал? — удивился я, не понимая причин подобной реакции.