Я лихорадочно принялась своими слепыми кротовьими глазами шарить по окружающей полутьме в поисках чего нибудь, что сошло бы за оружие и помогло мне продержаться несколько минут. У меня не было сомнений насчет того, что помощь обязательно придет. Вот только есть нюанс – сейчас передо мной только один волк, пусть и самый сильный. Но скоро их здесь будет целая стая (а это обычно не менее десяти голов) и тогда мои шансы на выживание устремятся к нулю. Внимание, вопрос! Как показать голодному зверю, что я плохая идея для ужина? И при чем сделать это с первого раза, потому что второго шанса у меня попросту не будет.

Никаких палок, дубин, веток и факелов в зоне доступа нет. Капканы не подойдут, потому что связаны прочными веревками и закрыты. А отвязывать их и разжимать времени нет. Ни волшебной палочки, ни заветного «трах тибидоха», ни джина из лампы. Да что там, даже звезды падающей с ее единственным желанием, и той нет. В моем распоряжении есть только я сама и злой голодный зверь напротив.

Не знаю, что сделали бы на моем месте вы, а я решила петь.

Громко.

С чувством.

Глядя на оскаленную серую морду и внимательный полыхающий звериный взгляд, я душевно затянула:

– Эти глаза напротив калейдоскоп огне е ей! Эти глаза напротив ярче и все тепле е ей!

Волк немного замешкался и перестал скалиться. Перестав топтаться на месте, он присел и с интересом склонил голову набок. Очевидно, его озадачило такое поведение ужина. Я же тем временем осторожно привстала на цыпочки и расправила плечи, чтобы визуально казаться больше и продолжила свой спонтанный концерт по заявкам.

В следующие несколько минут для дорогого гостя были исполнены такие хиты, как «Баю баюшки баю», «Ты просто одинокий волк» и (не знаю почему) «Маруся». Со стороны, могло показаться, что в сумасшедшем доме сегодня «день открытых дверей», но на самом деле те, кто разбирается в диких животных, аплодировали бы мне стоя. А все потому, что они знают – звери хронически не переносят громких звуков и шума. Так же, как дым и огонь, шум на инстинктивном уровне говорит им об опасности и заставляет обходить его источник стороной. А я орала так, как не каждый мартовский кот весной под окнами может. И в принципе, уже была близка к победе, потому что волк все чаще вертел носом в сторону чащи, с явным намерением ретироваться с моего сольного выступления, но внезапно передумал.

Насторожившись, он навострил уши и вскинув морду громко завыл. Ему тут же ответили еще несколько волчьих голосов, и я с ужасом осознала, что стая совсем рядом. Мое время закончилось и через пару мгновений они будут здесь. Я устало вздохнула и приготовилась к неминуемому.

Один за другим из чащи стали появляться серо бурые волки с грязной сваляной шерстью на тощих боках. Не переставая скалиться, они осторожно обходили меня, медленно окружая. Единственное, что я успела сделать, это тихо прижаться спиной к дереву, не позволяя вероломно напасть на меня сзади. Впрочем, вряд ли меня это спасет. Сейчас на меня смотрели девять взрослых голодных диких животных, в нетерпении ожидая команды вожака атаковать.

И вдруг сверху раздалось громкое и знакомое:

– Варя а а! Идем на помо о щь!

В небе зашуршали кожаные крылышки и на головы волкам посыпались небольшие камни. Я обернулась и увидела, как через поле, верхом на чем то среднем между бульдозером, трактором и асфальтоукладчиком, ехал профессор Блюм, сосредоточенно крутя руль и дергая многочисленные рычаги в разные стороны. «Наверное, это и есть знаменитая молотилка», – догадалась я и счастливо улыбнулась.

– Держитесь, мисс Волкова! – крикнул мне мужчина.

И хотя он был еще на приличном расстоянии, это вселило в меня уверенность в благополучном исходе.