— Один вопрос, Денисов, — обратился следователь. — Кого не было из пятерых в вагоне электрички, когда ты вошел? Кто все-таки из них мог выбросить паспорт?

Инспектор пожал плечами.

— При мне из тамбура вернулся Музыкант.

— Так-то! — вмешался эксперт-криминалист.

Денисов понял: когда он и кинологи отсутствовали, произошел первоначальный обмен мнениями, и его ответ поддержал чью-то сторону.

— Но пока Денисов шел в последний вагон, тот пассажир мог вернуться из тамбура и сесть на место! А Альтист выйти… — сказал кто-то.

— Может, Альтист-Музыкант и есть Андреев?

Денисов внимательно слушал. Эпизод с выброшенным в Домодедове паспортом принадлежал теперь уже всей оперативной группе. Каждый толковал его по-своему.

— А зачем выбрасывать? — следователь все больше хмурился. — Одни «почему?» и «зачем?». «Почему» выброшен паспорт? «Зачем» Бухгалтеру надо было возвращаться к концу платформы?

— Представьте, что Бухгалтеру грозила опасность, о которой он знал, а мы пока не догадываемся… — Эксперт-криминалист снова вошел в разговор. — Может, он что-то вез… А Андреев его преследовал. И Пименов действовал соответственно обстоятельствам. А нам это кажется странным.

— Не понял! — сказал следователь. — Почему же он не обратился к Денисову, когда тот вошел в вагон?

— Из-за Андреева!

Эксперт-криминалист был молод. Расследование как бы делилось для него на две части: в одной он участвовал как специалист и, несмотря на возраст, слыл докой, сведения же о второй — собственно раскрытии преступления — черпал в основном из детективной художественной литературы.

— Жизнь — сложная штука. — Он пожал плечами. — Я только предлагаю варианты. Где паспорт Андреева?

— Скоро должны подвезти, — отозвался Антон, — постовой увез его с собой по маршруту.

— Будет интересно взглянуть на фотографию.

— А когда наши входили в этот вагон… — снова заговорил следователь. — Уже здесь, на вокзале. Что известно? Между пассажирами — этими тремя — не было спора, размолвки?

— Вид у них был растерянный, — сказал Антон.

— Что доложил постовой, который подсел в электричку на Москве-Товарной?

— Он, собственно, ничего не видел. — Сабодаш снова полез в карман за «Беломором». — Я дал команду находиться в тамбуре предпоследнего вагона, а когда поезд прибудет на вокзал, войти в последний — помочь младшему инспектору и тем, кого я пришлю вместе с ним. До этого времени приказал не показываться на глаза. Так и было.

— Не могли Альтист или Бухгалтер мимо него пройти в головные вагоны?

— Надо уточнить.

— Кто-то идет…

От забора отделились две темные фигуры.

— Составитель поезда. Это он обнаружил труп, — сказал Антон.

Вторым был работник отделения перевозки почты.

— Как было дело? Повторите, — обратился Сабодаш к составителю.

Высокий, костлявый мужчина в оранжевом жилете с металлической цепочкой, сбегавшей с шеи в нагрудный карман к сигнальному свистку, переступил с ноги на ногу:

— Почтовые вагоны осаживали под навес. Слышу, упало что-то. Тяжело! Как шпала. Мне ни к чему сначала…

— Крика не было?

— Ни звука. — Составитель поправил завернувшуюся полу рабочего жилета.