— Шарков Дмитрий Михайлович, — представила его медсестра. — Тот самый…

Денисон посмотрел на нее.

В журнале писали! Умеет читать кожей!

— И экстрасенс. — Дежурная по залу, строгая дама, взглянула на часы — ей не хотелось уходить. — Не может быть, чтобы не слышали! Специалист по биополю… Ставит диагноз по голосу!

— Очень приятно.

Мысли Денисова были далеко. Он действительно что-то читал или слышал. Скорее всего рассказывала Лина, а ей кто-то говорил на работе.

— Сейчас произвели научный, так сказать, эксперимент, — сказала дежурная по залу. — Перед самым вашим приходом. Дали Дмитрию Михайловичу прочие тать название статьи.

— Темновато здесь, — глядя в сторону, буркнул сенс.

Денисов посмотрел на часы: проводница продолжала находиться с заведующей в боксе. ЧП в вагоне 7270 отбирало все его внимание и любопытство.

— Я и стихи могу! Экспромтом! На любую тему! — Почувствовав обидное безучастие, предложил вдруг экстрасенс. — Хотите? — Ему словно было недостаточно удивительного дара — умения ставить диагноз по телефону и читать пяткой.

— «Сейчас в медкомнате сидим… — забормотал он, — товарищи вокруг, и вот приходит гражданин, садится в тесный круг, чтоб вместе ехать хоть куда, нам дружба всех нужней, но и билет само собой…» — Он не закончил.

Скрипнула дверь. Из бокса появилась заведующая медкомнаты и с ней проводница.

— Обширная гематома под правым глазом, — сказала Денисову заведующая, — ссадины на левом и правом предплечьях, на горле… — Она отошла к умывальнику, послышался удар сильной струи. — Будете направлять в бюро судебно-медицинской экспертизы?

— Сейчас уже поздно.

— Думаю, я ничего не упустила, но пусть там посмотрят.

В течение разговора проводница не произнесла ни слова и смотрела в сторону, будто речь шла не о ней.

— Кроме того, небольшое кровоизлияние в сетчатку, — заведующая резко выключила воду. — Женщина пойдет с вами?

— Мы еще не разговаривали.

— Подождите, я запишу в книгу.

С появлением заведующей экстрасенс как-то сразу притих, дежурная по залу заторопилась к себе.

— Какова, по-вашему, давность повреждений? — спросил Денисов.

Врач подвинула мензурку на столе, послышался царапающий звук стекла о стекло.

— Не менее восьми-десяти часов.

— Восьми-десяти?!

— Безусловно. Изменена пигментация, кое-где активно идет заживление…

«Выходит, смерть Косова и нанесение повреждений проводнице разделены во времени! — подумал Денисов. — Связаны ли одно с другим?! И каким образом?!»

В углу затрещал телефон прямой связи с милицией. Врач подняла трубку, передала Денисову.

— Вас.

— Слушаю, Денисов.

— Денис… — начал Антон. — Сейчас представитель отделения перевозки почты едет домой к Косову, чтобы поставить в известность родственников. Я решил, что лучше будет…

Денисов и сам думал об этом.

— Пусть подождет меня.

— Это в Ржаково.

— Я знаю. Как там подъезды?

— Неизвестно. На всякий случай возьмите «газик». Все?

— Ориентировки везде даны? — поинтересовался Денисов. За действия наряда милиции по горячим следам он отвечал совместно с дежурным.