Мы забронировали ее, пока ждали вылета в Хитроу. В описании было сказано, что она «situé au coeur de la cité». На фотографиях она смотрелась зловеще. Хозяин гордо написал: «Тип размещения: настоящая кровать», но напоминало это больше одноместный футон. На стене под странным углом был прикреплен декоративный веер – возможно, прикрывал собой пятна от сырости. Без животных. Не курить. Не устраивать вечеринки.

Мы очень быстро отыскали нужную улицу. Широкую, и повсюду скамеечки под сенью осыпающихся сосен. Дом находился в боковом переулке.

Краску на нем не помешало бы подновить. На беленых стенах скопилась черная пыль. Входная дверь была из дешевого пластика под дерево.

Я постучала, и мы с Фином прислушались. Ручка швабры хлопнулась о каменный пол. В следующую секунду дверь открыл молодой очень высокий лысый мужчина, и я представилась жильцом на эту ночь.

– Без багажа?

– Да.

Он распахнул настежь дверь.

– Проходите.

И повел нас по темному коридору, мимо упавшей швабры, пристроенной в углу, как будто ей объявили тайм-аут. Мы подошли к маленькой дверке, и мужчина открыл ее, обернулся к нам и пожал плечами.

– Vous avez payée, mais… – он кивнул на мое дорогое кожаное пальто и опять пожал плечами.

В комнате ужасно воняло, и обстановка там была не лучше. Окно все грязное, а трещина в уголке была заклеена пожелтелым скотчем. Каменный пол еще не высох. От него резко несло химозным лимоном.

Я улыбнулась в ответ, чего мужчина не ожидал.

– Я заплачу вам еще за три ночи, наличными, прямо сейчас, и мы с другом уйдем, и вы нас больше никогда не увидите.

Он посмотрел на нас, поочередно.

– За что?

– Мы хотим спросить вас про Марка Паркера.

– А что с ним?

– Я хочу узнать, что было у него в багаже.

Как я упоминала, мужчина был высокий, под два метра ростом, и в узком коридоре ему приходилось сутулиться. Он сокрушенно посмотрел поверх наших голов.

– Это маленький остров, – сказал он. – Многие тут не хотят, чтобы мы об этом говорили. Все не так просто…

Он хотел больше денег.

Я ответила:

– Ну ладно, неважно. Плату за сегодня оставьте себе, извините, что побеспокоили, – и я развернулась к выходу.

– Non!

Я повернулась обратно.

– Идите сюда, – он рукой подозвал нас к двери побольше, которая вела на кухню.

Дом был маленький и узкий. Чтобы оборудовать пристройку для кухни, стену с черного входа снесли, а на ее месте соорудили застекленную кубическую веранду. Пахло в этой комнате тоже странно, той же странной лимонной отдушкой. Мне пришло в голову, что запах, может, исходит от самого мужчины.

Он усадил нас на крапчатый, розовый с серым диван, и я отсчитала наличные. Убедившись, что я дала ему верную сумму, он кивнул и начал:

– Марк Паркер забронировал эту комнату всего за неделю до пребывания. Ему повезло, что она ему достается. Много говорили, что это не хорошая комната, но это хорошая комната на одну ночь и по хорошая цена. Очень дешевая. А почему нет? Людям без денег здесь негде остановиться, теперь это место для богатых. Нужны и дешевые комнаты, правильно?

Нужны, спору нет. Помнит ли он, что к нему приезжал Марк?

Разумеется, помнит. Он запомнил много мелочей, поскольку после происшествия его осенило, что этот человек погиб.

Все случилось вот как: Марк немножко опоздал, потому что автобус из аэропорта задержался. Потом в этот же день он где-то слышал, что на одном из мостов случилась авария. В общем, короче, к делу не относится.

Просто Марк немножко опоздал, но не важно.