Зима наметала сугробы, грозилась холодами, завывала вечерами и ночами пронзительным ветром. Руслан часами лежал в темноте без сна и не знал, чего ждать от этой новой зимы?

Из снега

С приходом зимы менялись не только городские пейзажи, но и существа. Пропали мерцающие “мушки”, перебрались в помещения и в транспорт светящиеся “рыбки”. И появились существа, которых летом или осенью не встретишь.

Руслан выскочил из троллейбуса и помчался на занятия. Сделал три шага и чуть не споткнулся о красивый шар, похожий на перекати-поле, состоящее из острых льдинок. Кажется, он видел такое “перекати-поле” в детстве. Тогда подумал ещё, что эта штука очень зимняя и даже новогодняя: нарядная такая, ледяная. Надо спросить у Бьёрна, что это.

В универе привычно шумно и многолюдно. А вот существ в вузе почти нет. Бьёрн сказал: это потому, что за школами, больницами, университетами и некоторыми другими “бюджетными организациями” присматривают люди из спецотдела.

Одногруппники вовсю обсуждали первую сессию, до которой осталось всего ничего. На Руслана привычно не обращали внимания: с начала учебного года он умудрился не попасть ни на день группы, ни на день рождения старосты, ни на новоселье Дэна, которому родители подарили квартиру.

Теперь Славик только изредка с укоризной смотрел на Руслана и демонстративно вздыхал. Руслану было немного стыдно, но объяснить приятелю он ничего не мог. Поэтому избегал разговоров. Вот и сегодня, едва англичанка отпустила их с последней пары, Руслан схватил сумку и выскочил из аудитории.

Надо бежать к Бьёрну. Вдруг новый заказ? А если и нет, нужно ещё перерисовать серию защитных знаков второго уровня — это те, что защищают жилище, прочитать дневник видящего, автостопом проехавшего всю страну, взятый в городской библиотеке, вышить защиту на подкладке рюкзака — в общем, дел выше крыши.

После занятий Руслан шёл в “офис”: всё-таки дневать и ночевать у Бьёрна дома было неловко, хотя наставник ни разу не намекнул на то, что ученику пора бы подыскать себе новое жильё.

Сегодня Бьёрн и сам сидел в “офисе”, листал какую-то огромную книгу и время от времени насмешливо фыркал. Руслан старательно вышивал защитные знаки на изнанке рюкзака. Получалось, признаться, плохо. Исколол все пальцы, натёр их, а знаки всю равно выходили настолько кривыми, что приходилось начинать сначала.

У Бьёрна зазвонил телефон.

— Да. А, Ленка, привет! Что? Быть такого не может! Ты не ранена? — наставник вскочил, и Руслан торопливо отрезал нитку: видимо, сейчас придётся ехать. — Скоро буду!

Бьёрн накинул куртку, привычно вскинул на плечи рюкзак, бросил:

— Едем в городскую больницу! — и вышел.

Центральная городская больница недалеко: на маршрутке две остановки. Руслан подхватил свой рюкзак и помчался за наставником.

По дороге до остановки Бьёрн на ходу просветил ученика:

— Эх, опять бесплатная работа! Звонила знакомая медсестра. Говорит, что у них там зомби.

— Их же не бывает?!

— Не бывает, — согласился наставник. — Но вот она пришла в морг к знакомому санитару, а там встал покойник. И жутью от него веет. Ленка — она из тех, у кого дар есть, но слабый. Да и с другими видящими не общается. Мы с ней при особых обстоятельствах познакомились. Ладно, скоро увидим, что к чему.

Бьёрн махнул рукой, останавливая маршрутку, и минут через пятнадцать они уже стояли у неприметного небольшого зданьица на задворках центральной городской больницы. Бьёрн уверенно обошёл здание, проигнорировав вход с табличкой, и остановился у двустворчатой двери позади здания.

Постучался:

— Лен, мы уже тут.

Дверь тут же открылась: видно, Лена ждала их прямо там. Из открытой двери ощутимо пахнуло неприятным запахом.