Перед дверью трупохранилища они остановились. Руслан прислушался. Внутри что-то зловеще двигалось: шаркало, шуршало, натыкалось то на каталку, то на стул. Ему представился настоящий такой зомби, с которого, по законам жанра, должно начаться заражение всего человечества. Стало душно и так жутко, что даже отвратительный смрад почти перестал чувствоваться.

— Так, — велел Бьёрн, — Лена, ты иди наверх. Дверь не запирать! Понятно?

Лена кивнула и быстро взлетела по ступенькам.

— Итак, ученик, счас мы чертим тут знаки: я начинаю, а ты все мои знаки дублируешь. Потом я открываю дверь, захожу туда, а ты внимательно смотришь и слушаешь, что происходит. И делаешь всё, что я скажу. Понял?

— Ага.

Рисовали недолго, минут пятнадцать. Знаки были сложные и куда больше привычных: круги и треугольники с вписанными внутрь знакомыми и не очень символами. Руслан рисовал старательно, еле успевая за наставником.

Бьёрн быстро оглядел знаки на полу, на каждой из двух створок двери и на стенах справа и слева, кивнул и сказал.

— Всё, я пошёл.

Вынул нож из рюкзака, рюкзак вскинул обратно на плечи и открыл дверь. Руслан заглянул в “мертвецкую” и увидел, что из дальнего угла медленно бредёт невысокий человечек. Возможно, и правда мальчишка, но жуткие синеватые наросты по всему телу делали его похожим на монстра из какой-нибудь фэнтези-саги. Видимая кожа была белой с голубым оттенком, а наросты эффектно и жутко красовались на плечах, спускаясь к локтям, на бёдрах и, кажется, на спине.

Бьёрн живо начертил ножом в воздухе знак. Тот засиял, и существо заревело, одновременно свирепо и жалобно. Двинулось к Бьёрну неуверенными страшными рывками.

— Это ледовик! Живо тащи с улицы снег. Побольше! У Ленки ведро попроси. Принесёшь — ставь у порога. Быстро!

Руслан тут же развернулся и помчался наверх.

— Нужно пустое ведро!

Лена кивнула:

— Я сейчас!

Умчалась и тут же вернулась с двумя вёдрами.

— Нужно много снега набрать. Бежим!

Через несколько минут они уже мчались обратно, таща полные ведра снега.

— Жди здесь! — велел Руслан, когда они оказались у лестницы.

Забрал второе ведро и понёсся вниз.

— Наконец-то! — фыркнул Бьёрн.

Воздух между ним и “зомби” мерцал от десятков знаков. Видимо, наставник создавал их всё это время без перерыва.

Бьёрн в одно мгновение оказался у двери, схватил ведро и шагнул к “зомби”. Тот, наверное, обрадовался: сказать точно Руслан не мог, потому что лицо у “зомби” было неподвижным, словно оледенело.

Наставник опрокинул ведро, высыпая снег у ног существа — оно тут же упало на четвереньки и принялось жадно запихивать снег в рот горстями.

Бьёрн мигом вернулся к двери за вторым ведром и принялся сыпать дорожку из снега. Сожравший весь снег “зомби” послушно пополз по дорожке на то место, где раньше стоял Бьёрн. Там наставник высыпал остатки из ведра и ловко отскочил в сторону.

Существо доело снег и попыталось пойти следом за человеком, но не сумело сдвинуться с места. Снова завыло и заорало, но Бьёрн не обратил на него ни малейшего внимания. Вышел из “мертвецкой” и довольно усмехнулся.

— Попался, голубчик! Теперь звоним Антону Иванычу. Если в городе ледовики, то пусть спецотдел с коммунальщиками договаривается. И этого мальчишку пусть спасают. Хорошо хоть вскрыть не успели!

В подвале связь не ловила, так что пришлось подняться. К ним тут же подошла Лена, но Бьёрн велел ей подождать.

Наставник вытащил телефон и сразу дозвонился, но лицо у него почему-то делалось всё мрачнее и мрачнее. Наконец он сунул телефон в карман куртки.

— А спецотдел занят! Никто сюда не приедет где-то до пяти утра.