Как только Рош получил согласие Наума, он тут же вышел из казармы, по сотовому телефону связался с одним из представителей мафиозной группировки в Конго и сообщил, что у него есть для руководства «Бана Муры» важные сведения о русской гуманитарной колонне. И добавил, что он расскажет эти сведения только в том случае, если ему пообещают выплатить дополнительно еще сто тысяч долларов. Поначалу боссы группировки не хотели даже слушать его, но, когда он намекнул, что будет сопровождать гуманитарный груз в качестве охранника, поменяли свое решение.

– Если ты узнаешь все, что нас интересует о грузе, и сообщишь нам, в какое время он прибудет в то место, которое мы тебе назовем, а также в каких именно машинах находятся медикаменты, то мы заплатим тебе не сто, а сто пятьдесят тысяч долларов, – именно такие слова и передал Рошу посредник.

Роша также обязали регулярно докладывать о передвижении колонны, о том, где она будет останавливаться, и о том, какие используются методы защиты и охраны груза, какое у конвоя есть оружие, сколько человек в охране, а также о графике ее дежурства.

Как только африканские военные объединились с русскими спецназовцами, Рош бесперебойно выходил на связь и докладывал обо всем, что узнавал сам. А потом на него вышел Папайя и сказал, что его руководство желает, чтобы в колонне машин было поменьше, а соответственно, и охраны тоже. И в связи с этим Рошу нужно будет взорвать одну из машин, в которой ехали офицеры русского спецназа.

На тот момент спецназовец с позывным Сибиряк еще не следил за Рошем и даже не догадывался, что он может представлять собой опасность для их гуманитарной миссии. Поэтому Папайя успешно передал Гринно взрывчатку буквально из рук в руки. Ну а приладить взрывчатку к днищу бензобака головной машины было проще простого и времени много не заняло.

Но у Роша все никак не получалось выбрать подходящее время для взрыва. Как раз в это время он сам дежурил на крыше головной фуры. Уйти с поста, чтобы впоследствии никто не заподозрил, что он знал о взрыве и намеренно убрался подальше от грузовоза, он не мог. Приходилось ждать удобного момента, который, как оказалось впоследствии, так и не наступил. Зато за это время он узнал, что русские заметили следившего за колонной Папайю, а после нападения на машины какой-то левой бандитствующей группировки решили поймать его. Об этом сказал ему как-то на одной из остановок Мелитон.

На следующий день, когда Рош увидел Папайю возле магазинчика на заправке, он сразу же отпросился у Ванюшина, с которым дежурил на тот момент на квадроцикле, за водой. Проходя мимо мотоциклиста и поймав его вопросительный взгляд, он решил не отчитываться перед ним по поводу времени взрыва фуры, но намекнул на то, что на его желтую майку уже обратили внимание русские спецназовцы. Папайя тут же уехал, к вящему удовольствию Роша, который терпеть не мог, когда им командуют или торопят. Выйдя из магазина, он увидел, что его взрывное устройство было обнаружено русскими, и поначалу заволновался. Возле головной машины ходили русские военные, а остальные фуры из колонны спешно отъезжали в сторону, на обочину, подальше от заминированной машины.

Решив не торопиться с возвращением и понаблюдать, что же будет дальше, Рош заговорил с молодой женщиной, которая работала на АЗС. Зря он, конечно, это сделал. Только некоторое время спустя он понял, что это его поведение привлекло внимание Сибиряка, и русский спецназовец стал его подозревать.

Папайю ему пришлось устранять намеренно.