— Мама, — воскликнула Селена и схватила мать за руку, чтобы заставить ее наконец остановиться, — зачем нам в Пальмиру?

— Это приказ богов. Оракул сообщил мне об этом сегодня днем.

— Но зачем, мама? Почему в Пальмиру? Это ведь за сотни миль отсюда. Нам придется пересечь пустыню. Нас не будет здесь несколько недель.

Меня не будет уже через несколько дней, думала Мера. А ты, дочь моя, больше никогда сюда не вернешься.

— Я же тебе сказала. Богиня так повелела.

Селену будто ударили. Она отпустила Меру и покачала головой.

— Нет, я не поеду.

— У тебя нет выбора.

— Я выхожу замуж за Андреаса.

— Ты не выйдешь замуж за Андреаса, — возразила Мера так яростно, что Селена в ужасе отпрянула. Сверкая глазами, Мера повторила: — Ты поедешь в Пальмиру, как сказала богиня. Ты подчинишься.

— Но Пальмира, мама! Почему именно Пальмира?

Мера вернулась к корзине, захлопнула крышку и завязала веревку.

— Потому что в Пальмире тебя ждет предназначение.

— Моё предназначение — Андреас.

Мера резко обернулась и вызывающе взглянула на дочь.

— Послушай, Селена, — спокойно сказала она, — я и не надеялась, что ты поедешь с радостью. Меня и саму пугает это путешествие. Но у нас нет выбора. Ты принадлежишь богам, Селена. Ты пришла от них, и к ним ты должна вернуться. Ты должна делать то, что тебе приказано.

Селене казалось, что комната закружилась вокруг нее.

— Что… что ты хочешь этим сказать?

— Я скажу тебе, когда придет время. А теперь возьми свою накидку. Мы должны отправиться немедленно.

— Мне нужно предупредить Андреаса.

— У нас нет для этого времени, — Мера мгновенно схватила Селену за руку, — ты ничего не скажешь Андреасу.

— Я должна.

— Ему нет места в твоей жизни. Ты должна его забыть.

Ужас и недоверие отразились на лице Селены. Она видела смертельную серьезность в глазах матери, и ей казалось, что мир вокруг нее непременно должен обрушиться.

— Нет! — закричала она и попыталась вырваться.

— Селена, ты обязана меня слушаться, а тем более богиню.

— Я не поеду, мама.

Их взгляды скрестились. Но Мера предвидела это и была готова.

— Ты должна ехать, — тихо сказала она, — это мое последнее желание.

— Что ты имеешь в виду?

— Я скоро умру, дочка.

Мера опустила руку Селены и приложила ее к тому месту, где твердое образование, которое уже стало величиной с апельсин, натягивало ткань.

Селена вскрикнула.

— Я скрывала это от тебя, — сказала Мера и отвернулась, — потому что не хотела, чтобы ты волновалась. Я хотела, чтобы ты могла сконцентрироваться на предстоящем тебе посвящении и на том, что тебе предстоит связать свою судьбу с богиней. Но теперь у меня нет выбора. Богиня повелевает, чтобы я сопровождала тебя в пустыне под Пальмирой и там дала тебе последние наставления, — она повернулась к Селене и взглянула ей прямо в глаза, — у меня осталось всего несколько дней. Мое предназначение исполнено, а исполнение своего ты должна теперь взять на себя. Я обещала богине, что мы отправимся в Пальмиру сегодня, пока я еще жива.

Мысли проносились в голове Селены быстрее ветра. Андреас — она должна его предупредить.

— Давай, дочка. Мы должны поторопиться.

— Но что мы будем делать в Пальмире?

— Богиня даст тебе знать, что ты должна делать.