Между тем акула капитализма рванула на север, рассекая мутную болотную воду. Вскоре лодка достигла северного берега.

Когда все выбрались на берег, Загремел отвязал веревку. Акула мгновенно исчезла. Никто ей не сочувствовал – с ней поступили так же, как она поступала с другими.

Но тут появились грифоны. Может, другая акула донесла на путников, поэтому грифоны были настороже. Поскольку эти существа, очевидно, замышляли дурное, Загремел быстро шагнул сквозь огненную стену, чтобы оценить положение. И обнаружил, что стоит в центре лесного пожара. Там спасения не было. Он вернулся назад.

Огромные птицеголовые существа с львиными телами выстроились шеренгой, изучая путников. Цветом они напоминали ваксу. А потом они начали приближаться.

Загремел отреагировал автоматически. Он выбросил вперед весло, отбросив первого грифона. Затем прыгнул сквозь огненную стену, выдрал из земли горящее деревце, рванул назад и швырнул огненную массу в других грифонов. Деревце оказалось побегом огнедуба, который горит, даже будучи зеленым; через мгновение огонь перекинулся на оперенные крылья грифонов.

Монстры взвыли и бросились в болото, чтобы погасить огонь. К ним приблизились цветные плавники акул.

– Вы пользовались нашей грязью! – заорала одна из акул. – Вы должны нам лапу и крыло!

Грифонам такой ультиматум пришелся явно не по душе. Завязалась драка. Грязь, перья и куски плавников разлетались в разные стороны, болотная жижа кипела.

Оставив грифонов выяснять отношения с акулами, Загремел и девушки направились на северо‑запад, следуя за изгибом огненной стены. Ландшафт менялся, изредка стали попадаться даже фруктовые и ореховые деревья, так что путники могли перекусить по дороге.

Сирена, отдохнувшая в лодке, где она могла к тому же периодически смачивать водой хвост, обнаружила, что уже в состоянии идти. Это облегчило ношу Загремелу.

Здесь было множество птиц, порхавших среди деревьев, сидевших на стволах, даже рывших землю. Чем дальше шли путники, тем больше становилось пернатых. Временами стаи заслоняли солнце. Птиц не только становилось больше, больше становились и они сами. Дружелюбны они или враждебны?

С неба свалился говорящий попугай.

– Ого‑го, странники! – приветствовал он их. – Какие песни привели вас в Страну птиц?

Загремел взглянул на попугая. Тот был красно‑зеленым, с огромным загнутым клювом.

– Мы только хотим пройти через нее, – ответил он. – Мы направляемся на север.

– Вы направляетесь на запад, – сказала птица.

Это было правдой – медленно изгибавшаяся стена свернула на запад. Путники изменили направление и пошли на север.

– Приглашаем вас пройти через Страну птиц, – сказал попугай. – Такса за проход – двадцать процентов. Одному из вас придется остаться здесь.

– Это нечестно! – возразила Танди. – У нас у всех свои дела.

– Честность нас не интересует, – ответил сборщик податей. В это время ужасающе огромные птицы рок снизились, выставив жуткие когти. – Мы действуем по необходимости. Нам нужны те, кто сможет обрабатывать наши поля, чтобы нам хватало зерен для еды. Поэтому мы оставляем у себя разумное количество всех проходящих через наши земли – Разумное количество рабов? – спросила Танди; ее непокорный дух снова возмутился.

– Называйте это как хотите. Один из вас останется – или останутся все. Подать должна быть уплачена. – Птицы рок спустились еще ниже. – Выберите среди вас того, кто останется.

Загремел знал, что драться бесполезно. Он сможет обломать когти одной из птиц рок, но остальные унесут девушек. Эти огромные птицы слишком сильны.

– Посмотрим, – сказал он.