Абади поджал губы, заглянул за плечо Нафтали. Там были его люди, сурово ждущие за спиной своего командира. А еще лагерь.

Аисты сменили свое местоположение. Теперь лагерем для них стала глубокая пещера у подножья скал, недалеко от хребта Ходжа-Кхаб.

Суровые воины-моджахеды по большей части жили внутри пещеры. Но и у входа тоже стояли их палатки советского и китайского производства.

Если раньше отряд Аистов был рассеян почти по всей территории Бадахшана и даже в Тахаре, то теперь, казалось, основная его часть собралась именно здесь.

Абади наскоро насчитал не меньше пяти десятков человек, разместившихся в пещере и в палатках, расставленных у ее зева. Он знал, что это не все. А еще не мог понять, почему Нафтали приказал «Аистам» стянуться в одно место. Причина была в том, что Нафтали сам напал на след советского разведчика, или же попросту приказал свернуть всю работу по его поискам?

— К чему этот странный вопрос? — Не поддался на провокацию Абади.

— Ты видишь тут моих людей, Саид. И их, как ты мог понять, больше той пятерки солдат, что ты взял с собой.

— Мы делаем одно и то же дело, Нафтали, — вздохнул Саид, — мы не враги.

— Верно, — он кивнул, — мы союзники.

«Ты работаешь на нас, — вот что крутилось на языке у Абади, — работаешь на нас, но при этом слишком задрал нос. Это тебе с рук не сойдет».

Конечно же, агент не произнес своих мыслей вслух. Вместо этого сказал:

— Совершенно верно.

— А союзники должны помогать друг другу, — Нафтали показал в бороде свои зубы.

На фоне черной и косматой бороды они казались маленькими, словно зубы хищной рыбы.

— Мы делаем все возможное по твоему запросу, — посерьезнел Саид, — но найти одного-единственного пограничника, которого ты хочешь получить — сложно. У нас нет ни имени, ни фамилии. Только не очень внятные описания внешности от тебя. Единственное, что известно наверняка, он служит на четырнадцатой пограничной заставе погранвойск КГБ СССР. Позывной заставы — Шамабад.

— Это я знаю и без вас, — зло скривил губы Нафтали. — Мне нужно имя. Имя этого человека и способ, как его можно получить. Я захвачу его сам.

— Если узнать имя — сложнае задача, то вторая твоя просьба — невыполнимая. Переговоры пограничников шифруются. Большую их часть они проводят по проводной связи. Их солдаты до последнего сами не знают ни приказа, ни участка, на который выступят. Узнать, где окажется этот человек завтра — просто невозможно, Нафтали. Ты должен это понять. Понять, и вернутся к исполнению своей основной задачи.

Командир «Черного Аиста» недоверчиво прищурил единственный глаз.

— Ты говоришь, что найти одного-единственного человека невозможно. Но именно этого требуешь от моего подразделения. Требуешь найти разведчика, зная лишь его имя. Потому, мне кажется, ты плохо стараешься Саид. Я знаю, что на той стороне у вас есть и информаторы, и свои люди. Знаю, сколько там сочувствующих свободе нашей земли. Ты просто не хочешь этим заниматься. Ну что ж. Тогда я не хочу заниматься поисками твоего разведчика, дорогой Саид.

Абади напрягся. Холодно посмотрел на командира «Чохатлора». Солдаты за спиной Саида принялись напряженно переглядываться, нервно бряцать оружием в своих руках.

Нафтали улыбнулся, но на этот раз не показал своих странно мелких зубов. Семерка «Черных Аистов», что ждали за его спиной, казалось, даже и не пошевелились. Они грозно застыли позади своего командира, но Абади знал, что эти головорезы в любой момент могут броситься на его людей и убить всех.