– Это наш общий остров, – возражал Рауль. – И я тебе верю, как самому себе.

– И все-таки проверь. Я не идеален и могу ошибиться.

А теперь в расчеты ворвалась кузина. И он знал, что разговор будет не из приятных.

– Она все время с ним, Рауль, я почти не вижу мужа!

Рауль вздохнул. Он понять не мог, чего Катарина так взъелась на Джованну.

– Кат, она сестра твоего мужа, ты знаешь, что у них за история. Я никак не ожидал, что ты ее так невзлюбишь.

– Она ведет себя в моем доме, как хозяйка! Играет с моими детьми, будто со своими. Обнимает моего мужа! У наших дверей постоянно крутятся мужчины! Я больше этого не вынесу!

– Катарина, – Рауль встал, подошел к кузине, опустился перед ней на колено, мягко взял ее дрожащие руки в свои. – Представь, как все эти годы Валентину было больно, когда я обнимал тебя, целовал в щечки, называл сестрой… Дай им время, они так долго не виделись…

– Забери ее к себе! Пусть видятся, но не живут рядом! – капризно поджала она красивые губы.

– Джованна не какая-нибудь вещь, Кат. Я не могу просто взять ее и оставить жить у себя.

– Ты – главный здесь. Заставь ее…

– Нет! Прекрати!

Он встал и посмотрел на нее сверху вниз.

– Я всегда был рядом с тобой, Катарина! Всегда защищал, любил, холил, лелеял. Но сейчас ты проявляешь жестокость. Ты даже не представляешь себе, через какой ад она прошла, чтобы прибыть сюда. Я не могу ее тащить силой к алтарю, хоть мне и до смерти хочется быть с ней! Черт!

Он сказал больше, чем собирался, и с досадой отвернулся от нее и прошел к окну.

– Не будь такой ханжой, Катарина. Прояви терпение. Дай ей освоиться на новом месте.

– Я вижу, что ты тоже на ее стороне! Было глупо приходить сюда! Вы оба скорее избавитесь от меня, чем расстанетесь с ней!

Она хлопнула дверью. Рауль провел рукой по лицу. Огненный характер кузины сводил его с ума.

Рауль сгоряча сказал правду. Он скучал по Джованне. Она была нужна ему. Никогда раньше он не испытывал такой тяги к женщинам, он легко с ними сходился и легко расставался. Но остывал сам, а Джованна отвергала его без всякой на то причины. На какое-то мгновение он посмел поверить, что нашел ту самую женщину, с которой захочет быть долго, возможно, всю жизнь, но теперь видел все более трезво: Джованна сама запуталась. Ей страшно. Даже найдя брата, она чувствует себя неуверенно, потому что не знает, какое место занять на острове. Катарина, сама того не зная, открыла ему эту слабость Джованны. Ей отчаянно хотелось чувствовать себя частью семьи. Частью всего этого мира.

Рауль устало вернулся к столу с бумагами. За время его отсутствия накопились дела на острове, да еще необходимо было контролировать ремонт кораблей и подготовку к отплытию двух судов. Он был благодарен этой работе. Она давала ему возможность почти не вспоминать о Джованне.

Поэтому, когда спустя четверть часа после ухода кузины дверь в его кабинет открылась, и он увидел Джованну, в первое мгновение Рауль решил, что она ему померещилась.

Джованна стояла на пороге, не решаясь войти. Правильно ли она поступила, явившись к нему одна?

Он, видно, прочитав на ее лице сомнения, подошел и поклонился.

– Джованна, я очень рад, что ты пришла. Проходи, присаживайся, я велю подать…

– Нет! Ничего не надо! – порывисто прервала его она и нервно прошла к креслам, но не села, а снова повернулась к нему.

– Я ненадолго… Я только хотела узнать, можешь ли ты выделить какое-нибудь здание в порту под больницу? Я была сегодня там… у Делакруа… и это просто ужасное место!

– У меня есть такое здание, но оно довольно большое…

– Но несколько помещений в нем ты можешь нам отдать?

– Нам?

– Да.