«Ты же меня хочешь занять, чтоб я ничего не выяснил, ведь так?»

— Эм, я просто хотел кое-какие дела доделать.

— Уверяю, это много времени не займёт. Или ты откажешь старой леди в такой мелочи?

— Тогда в чём заключается помощь?

— О, ерунда. Мне нужно перебрать несколько бумаг и разложить их. Уверяю, мы успеем закончить к обеду.

К обеду. Слишком удобно всё получалось. Настолько удобно, что даже подозрительно. Рею это не нравилось. Если сейчас всё не решить, то потом станет только хуже. И как бы это странно не звучало от него самого, но потом в этом доме будут жить и его дети. И при нынешнем раскладе он не желал им такой участи.

— Хорошо, в конце концов, это наименьшее, чем я могу вам отплатить, — согласился Рей.

Мать Паломы улыбнулась приторно доброй улыбкой, от которой буквально веяло ложью и лицемерием.

— Но есть одно но, — улыбнулся во все тридцать два зуба Рей. — Я посрать схожу, хорошо? А то в последнее время понос замучил. А потом обязательно вам помогу.

Надо было видеть лицо этой старой женщины. На неё словно холодную воду вылили. Она стояла, приоткрыв рот, а её глаза буквально на лоб лезли от услышанного. Возможно она такие слова вообще в первый раз вслух слышит. Она издавала какие-то непонятные звуки, явно пытаясь ответить, пока наконец из неё не вылетело:

— Д-да, конечно, я подожду… в зале.

— Отлично.

Лучезарно улыбнувшись, Рей двинулся в сторону туалета. Однако, скрывшись из виду, он тут же сменил направление в сторону комнаты Адель.

Его резкая и грубая фраза сделала своё дело — бабулька оказалась в лёгком шоке, и он смог от неё отделаться. Если бы он отказался или попытался просто уйти, непонятно, что бы произошло. Может ничего, а может она бы что-нибудь да сделала. А так из-за шока и смущения она сама его отпустила.

Найти комнату Адель оказалось не так уж и сложно — она располагалась на верхних этажах и на её комнате висела табличка с её именем, написанная золотыми буквами. Однако, когда Рей постучал, ему никто не ответил. Запустив «систему», он тоже ничего не услышал. Или она прячется или её там нет. Рей предположил, что она не здесь.

Тогда он спустился вниз. Там он встретил одну из служанок и спросил, где остановился Родзи. Уже через несколько минут он был около его комнаты. Как и в случае Адель, ему никто не открыл, потому, что там скорее всего никого не было. Возможно это было совпадение, возможно Родзи действительно решил пообщаться с Адель перед отъездом.

Но Рею стало неспокойно.

Не отключая «систему», он двинулся по коридорам, вслушиваясь в звуки.

Этаж за этажом, часть за частью. Он прислушивался к характерным звукам. Он не хотел их слышать, не хотел признавать, что это могло быть правдой. Пусть Адель встретится ему прямо сейчас. Пусть она хромает и плачет, но пусть она будет перед его глазами, тогда он сможет убедить себя, что это всё ему показалось, он сможет закрыть на это глаза. Иначе он уже не сможет себя сдерживать.

На третьем этаже в западной части здания, что располагалась в отдалении от других, он услышал. Услышал едва заметные звуки, которые в обычной ситуации даже не слышны. Эти звуки…

«Это неправильно. Просто неправильно. Теперь я кажется знаю, что меня бесит. Меня бесит сама эта мерзка ситуация, сам этот дом. Потому, что я догадываюсь, что произошло. И всё, что сейчас во мне кипит — лишь отвращение и гнев к тем, кто это сделал. Есть вещи, которые заставляют нас выходить из себя. Кажется, для меня это одна из тех самых вещей.»

Рей подошёл к двери. Едва заметные скрипы, то ли всхлипы, то ли ещё что-то, вздохи или стоны. Дверь была закрыта — Рей это просто знал, иначе быть не могло. Поэтому он даже не пытался дёргать за ручку.