Адель ушла не попрощавшись. Может не видела смысла прощаться, когда они вновь встретятся. А может считала это ниже своего достоинства.

Но Рею было наплевать. Конечно, это неприятно, но не настолько, чтоб устраивать по этому поводу выяснения отношений. Сейчас, по крайней мере.

Когда Намбира закрыла за ней дверь и вернулась в комнату, она села рядом с Реем на кровать и положила ему на колени голову. Она была словно кошка, только с очень низкой температурой тела. От нечего делать, Рей стал гладить её по голове, при этом сам погружаясь в свои мысли. От том, кем он бы, Рей даже и не пытался думать. Адель была права, прошлое было в прошлом.

Его голову занимали более важные мысли. Например, не выльется ли их союз во что-то более… неприятное. В конце концов, она вампир и родственнички у неё, скорее всего, таки же. А фильмы ужасов, которые сейчас всплывали у него в голове как напоминания, говорили о том, что, оказавшись в их семье, его буду рассматривать чисто в гастрономическом смысле.

— Волнуешься? — спросила Намбира.

— Есть такое, — кивнул Рей.

— Не волнуйся.

«Какой гениальный совет», — восхитился Рей железной логикой. — «Жаль я просто не могу выключить это волнение».

С ним бы точно согласилась Адель. Пусть её лицо и выражало абсолютное спокойствие, однако внутри у неё всё было подобно беспокойному морю. Визит её матери к ней Адель совсем не радовал, хотя это и было необходимо. К тому же…

К тому же вторая причина волнения была прямо перед её дверью.

— Ария, здравствуй, — кивнула Адель, подходя к своей двери.

— Ты была у него, да? Ты была у него!? — начала штурм Ария.

Видимо Ария уже успела вдоволь наслушаться сплетен, которые за сутки, наверное, пропитали стены этого замка сильнее чем древняя магия. Адель, дочь из дома Шатен Дер Дункехайт был в интимной близости с Реем Клодом — человеком с неоднозначной репутацией. Чего греха таить, Адель тоже бы посплетничала о такой девушке, не будь в данный момент она сама ею. А Ария, судя по всему, так наслушалась этих сплетен, что просто уже хотела знать правду.

Хотя какую правду она хотела услышать, было непонятно. Ведь правда у каждого своя.

— Ария, давай поговорим внутри, а не в коридоре.

Ария хотела что-то ещё сказать, но довод Адель заставил её замолчать.

— Ладно, — только и ответила она.

Любой, кто бы зашёл в комнату, мог бы сразу заметить, что в ней слегка пустовато. Словно здесь не хватало мебели. И это было действительно так.

После пробуждения на полу в коридоре, Адель вернулась в свою комнату и с сожалением обнаружила, что большинство вещей теперь можно отправлять на растопку камина. И первым делом она принялась убирать последствия, а за одно и улики произошедшего.

Из трёх шкафов целым остался только один, тот, что с посудой. Книжный пришлось убрать, а книги аккуратными стопками сложить вдоль стены. Шкаф с бельём тоже пришлось утилизировать — вся одежда была сложена в два чудом уцелевших комода и чемодан. Её любимого туалетного столика не стало, как и не стало большого стола. Вместо четырёх стульев остался всего один. И ещё одна тумбочка. Весь хлам она вынесла поздней ночью к огромной печи, которая грела воду для умывален и где можно было утилизировать мусор.

Из сломанных вещей она оставила только кровать, так как у той были просто сломаны все ножки и со стороны было даже не видно, что она сломана.