– Как отличить человека от галеафа? – спросил Шеф и уточнил: – Не вскрывая черепа.

– Сканированием мозга, – ответил Нибелинмус. – К сожалению, точное сканирование нельзя провести незаметно.

– Досадно, – ухмыльнулся Шеф. – Нескромный вопрос: а друг друга вы просканировали?

Зейдлиц отреагировал на этот нескромный вопрос совершенно спокойно:

– Конечно просканировали. И каждого, кто посвящен в проект. Вам обоим так же предстоит пройти сканирование. Мы планировали провести его позже, но раз вы сами об этом заговорили, то давайте прямо сейчас и проведем. Не бойтесь, вам не будет больно, – добавил он, очевидно, считая это добавление чрезвычайно остроумным.

– После вас, Шеф, – сказал я.

Он фыркнул.

– Какая, к галеафам, разница!

Вместе с Зейдлицем и Нибелинмусом он удалился в соседнюю каюту. Они отсутствовали ровно восемнадцать минут – я специально засек по часам. Меня в это время сторожили два ДАГАРца, вооруженные бластерами помощнее «Ижевска». У них были каменные лица, и они не умели говорить ни о чем, кроме покера.

Шеф вошел, потирая ухо.

– …а для чего, спрашивается, я сказал вам размер шляпы, – продолжал говорить он на ходу, – вы чем слушали?

– Мы не ожидали, что ваша голова настолько большая, – с поддельным раскаянием произнес Зейдлиц. – Теперь ты, – сказал он мне.

– А что с Шефом?

– Все нормально. Он оказался простым парафреником.

– Да?! – изумился я. – Слушайте, не надо сканирования. Я сам во всем признаюсь. Чистосердечное признание смягчает галеафу вину?

– Смягчает. Колесование заменяется экспресс-повешением. Давай, иди, не выпендривайся.

– Иди-иди, – поторопил Шеф.

В следующие восемнадцать минут ничего особенного со мной не произошло. На голову мне надели какую-то пластиковую кастрюлю, уши в нее поместились так же удобно, как и затылок. Зейдлиц, Нибелинмус и еще один тип (как я узнал после – тот самый патологоанатом) смотрели на экран компьютера, находившийся вне моего поля зрения. Во время всего процесса они хранили полное молчание. Потом патологоанатом подошел ко мне и снял кастрюлю.

– Поздравляю, ты чист, – сказал Зейдлиц.

– А ты – нет, – ответил я и пошмыгивая поводил носом.

Заработал тычок в спину.

– Ну-с, – сказал Зедлиц, когда мы вновь собрались за железным столом в каюте для допросов. – Мы готовы вас выслушать.

– Мне нужен список всех, кого вы просканировали, – заявил Шеф.

– Исключено, – отрезал Зейдлиц.

– По какому принципу вы выбираете людей для сканирования?

– Сканирование проходят только те, кого мы посвятили или собираемся посвятить в проект. У этих людей не будет желания болтать. После вашей идиотской публикации в Секторе Фаониссимо" нам пришлось действовать более осторожно.

– Перепечатка, – отмахнулся Шеф, – надо было чем-то заполнить колонку «Из жизни сапиенсов».

– Откуда перепечатали?

– Я что ли печатал! – нахально возразил мой босс. Зейдлиц хмуро потребовал:

– Установите первоисточник и сообщите мне. Слухи, думаю, появились после того, как один невролог из числа посвященных вздумал с помощью этого прибора проверять разных сумасшедших, выдающих себя за сапиенсов.