Я еще раз изучил билет и заключил:

– Нет, здесь все без обмана.

– Ага, – сказал Зейдлиц, – не считая того, что ни «Галактик Трэвэлинг», ни одна другая туристическая фирма этот билет никакой Луизе Кастен не высылала!

Шеф попросил Зейдлица две минуты не орать. Ему нужно было подумать.

– Идите думать в каюту, – послал его Зейдлиц. Тем самым он возвестил долгожданный перерыв. Затем он вызвал по рации «всех-всех-всех».

Нам отвели две соседние каюты. Пятеро ДАГАРцев посменно несли караул на подступах к «Каютам для отдыха экипажей». Зейдлиц поклялся, что в каютах нет жучков. Моему сканеру не удалось уличить Зейдлица в клятвопреступлении. Когда я доложил об этом Шефу, он почесал в затылке и сказал, что надо бы узнать у Зейдлица, какой подслушивающей техникой пользуется ДАГАР. Закончив со сканированием, я принял душ и пошел в служебную столовую перекусить. Повар признал во мне детектива, месяц назад нашедшего робота Макса. Он сказал, что кто-то таскает пакеты с замороженными фруктами. Не могу ли я помочь? Я сказал, что безусловно, и в качестве аванса взял двойную порцию отбивных.

Взбодренный телятиной с грибами и соевым соусом, я принялся за десерт, когда в столовой появился Дин Мартин. Не взглянув на стойку с едой, он взял большую чашку черного кофе и занял дальний от меня столик.

Я бросил десерт, ибо несолидно детективу есть сладкое в присутствии подозреваемого, но грейпфрутовый сок, напротив, захватил, потому что мне нужны витамины.

– Вы бы поели, что ли, – сказал я Мартину, усаживаясь напротив.

– Вас не спросил.

Он не отрывал глаз от чашки. Сделал глоток. Чтобы не залить бороду, ему приходилось тянуть губы.

– Я давеча спросил вас, почему вы не в бегах, но ответа не расслышал.

– Зачем мне убегать?

– А зачем вы подделали таблицу к проекту «ОК-НО»?

– Идите и расскажите об этом Зейдлицу.

– Вы этого хотите?

– Пока нет. И вы так не поступите. Вы не станете бросать тень на Рассвела. Не в ваших интересах его выдавать.

– Мой босс может придерживаться иного мнения. Не исключено, что именно в этот момент он рассказывает Зейдлицу о кассете.

– Он не станет, – уверенно возразил Мартин. – Ему выгодней держать Нибелинмуса на крючке. Не забывайте, это он скопировал секретную информацию на кассету и оставил ее в кабинете. Зейдлиц всю вину возложит на Нибелинмуса. Я ведь чувствую, как Нибелинмусу противны все эти шпионские игры, но раз ввязавшись, он боится конфликтовать с полковником. Если ваш босс сообщит Зейдлицу о кассете, то Зейдлицу ничего не останется, как включить меня в проект. Доверие к Нибелинмусу, наоборот, сойдет на нет. Мой начальник уже совершил одну ошибку, заявив полгода назад, что в Секторе Фаона не должно наблюдаться никаких ростков алеф-измерения. Теперь Зейдлиц сомневается в его компетентности. Компетентность Трауберга, поддержавшего Нибелинмуса, так же под вопросом. Остаюсь только я. Вот так!

– Если все так хорошо, почему вы так нервничаете?

– Знание – тяжелая ноша, – сказал он и ушел, оставив недопитый кофе.

Галеаф или не галеаф, раздумывал я по дороге из столовой. Для галеафа он чересчур самоуверен. Вон, Харриган, – чуть что, так дал деру.

Не знает, что его ждет сканирование?

Скорее всего так – он же не читает «Сектор Фаониссимо».

Я проследовал к Шефу, готовясь сказать ему, что если он все еще на меня дуется, то я займусь поиском мороженных пакетов. За них хоть кормят.

У Шефа в гостях сидел доктор Нибелинмус. Они беседовали на очень доверительных тонах.