Дмитрий положил руку ей на живот, от тепла ладони по спине побежали мурашки.

— Когда же я смогу увидеть своего сына?

— В середине зимы. Мне нужно… Нужна повитуха.

— Конечно, моя дорогая. В деревне есть женщина, которая занимается этой работой. Я распоряжусь, чтобы ее прислали к вам.

Какое счастье, что муж понял ее волнение и тревогу! Она на самом деле была ужасно напугана, ведь столько женщин умирает при родах! Возле нее не было никого, с кем можно посоветоваться, муж не понял бы общения с кухаркой, а у экономки и Анны не было детей. Подруга, радуясь за Катю, ничем не могла помочь ей.

Что надо делать-больше гулять или наоборот лежать? У нее столько вопросов! Катерина впервые за свою недолгую семейную жизнь чувствовала себя в усадьбе неуверенно. Доктора так далеко! Почему они не могут пожить в городе до родов? Она чувствовала себя в усадьбе чужой, радость первых месяцев ушла, сменившись тревогой за свое здоровье и здоровье ребенка.

— Все будет хорошо, моя любовь, — сказал муж, чувствуя ее отчаяние. — Я обо всем позабочусь. Все, что вам нужно сделать, это позаботиться о себе и нашем ребенке.

— Вы бы рассердились, если бы у нас родилась девочка?

— Почему я должен злиться?

— Мужчины всегда хотят, чтобы сыновья продолжили их род, не так ли?

— Конечно, но надеюсь, у нас будет больше одного ребенка. Представьте полный дом мальчиков и девочек, которые будут гордиться нами и заботиться о нас в старости!

* * *

Агафье оказалось не больше двадцати. У нее были светло-голубые глаза и тонкие светлые волосы, выражение лица — как у испуганного кролика. Она была настолько худой, что вообще не занимала места и казалась привидением.

— Как давно ты работаешь повитухой?

Как можно доверять этой девице, не старше ее самой? Но в этих лесах на километры не найдешь другой повитухи.

— Я принимала роды с тех пор, как стала достаточно взрослой, чтобы помогать своей матери, — девушка говорила так тихо, что приходилось напрягаться, чтобы услышать. — Я сама приняла немало детей. Я занимаюсь этим с тех пор, как моя мать… Как ее не стало, — голос задрожал.

— Мне жаль. Я знаю, что такое потерять мать. У тебя есть дети?

— Это случилось неожиданно, барыня. — В глазах вспыхнул странный огонек, словно девушка обвиняла Катю в смерти матери. — Нет, у меня нет детей.

— А если ты мне срочно понадобитесь, как ты доберешься?

— У меня есть лошадь.

— А если ты будешь занята с другой роженицей?

— Мне приказали бросить всех, если Вашему сиятельству понадобиться моя помощь.

— Ты изъясняешься совсем не по-деревенски.

— Мать учила меня, а ее учили раньше.

Девушка весьма компетентно ответила на все вопросы Катерины, оставила Ульянке наказ, какие травы следует заваривать барыне, а какие расставить по комнате от дурного глаза. Но Катя не успокоилась, она лишь еще раз убедилась, что если ей суждено умереть при родах, никто не сможет помочь.

— Когда ты вернешься?

— Пошлите за мной, если вас что-то беспокоит, барыня, пока мои услуги вам не требуются.

— Пока? А позже? Что ты сможешь сделать для меня позже?

— Я смогу проверить, нормально ли растет ребенок и находится ли в правильном положении для рождения.

— Ты можешь определить, мальчик ли это?

— Нет, барыня. Я знаю, есть такие, кто говорит, что могут определить мальчика по тому, как он лежит, но они часто ошибаются.