На пороге возник помощник дежурного по отделу и доложил:

— Товарищ полковник, младший сержант Шефруков по вашему приказанию явился!

— Ратмир, это черт является, а исправный боец прибывает! — строго заметил Быстроног и распорядился: — Гонтарева мне на связь!

— Так он вместе с Остащенко в хирургии, — напомнил Кочубей.

— Ты слышал, Ратмир? Найди и пусть выйдет на связь!

— Так точно, товарищ полковник! — подтвердил тот и исчез за дверью.

Не успели затихнуть шаги Шефрукова, как зазвонил телефон. Быстронога поднял трубку и в кабинете отчетливо зазвучал голос Гонтарева.

— Борис Юрьевич, слушаю вас.

— Ты где, Олег?

— В хирургии.

— Что с Остащенко?

— Нормально.

— Что врач говорит?

— С ногой без осложнений. А с головой день-другой надо наблюдаться.

— Так-так… Как сам Остащенко?

— Говорит, лучше стало.

— Кто из хирургов ведет?

— Степаныч. Да вы его знаете.

— А-а, тот, которого ломом не перешибешь.

— Он самый.

— Теперь, Олег, слушай меня внимательно. Пусть твой айболит ни в какие свои кондуиты Остащенко не заносит, тем более, никуда ни докладывает. Ты понял?

— Но, это же врачи, Борис Юрьевич, а они в таких вопросах народ щепетильный, — замялся Гонтарев.

— Что?! — повысил голос Быстроног. — Забыл, как твои щепетильные пытались «гэсэмщика» отмазать! Мерзавец! Пол-лимона стырил, а они его идиотом делали! Короче, ты старший опер или кто?

— Вам виднее, Борис Юрьевич.

— Тебя что, учить надо, как такие дела делаются?

— Ну…

— Не нукай, а поговори с ним, как мужик с мужиком.

— Борис Юрьевич, вы же видели этого слона?! Он на грудь не меньше литра принимает.

— Извини, Олег, но ты тоже не кролик. Короче, решай вопрос, а Лену я беру на себя.

— Ясно, — сдался Гонтарев.

— Другое дело! — хмыкнул Быстроног и, потерев руки, заявил: — Все, Коля один вопрос уже закрыли!

— Боря, я твой должник! — оживился Кочубей. — Теперь можно заняться шифровкой в Москву.

— Про меня только ничего не пиши. Лишний раз начальство не должно знать своих героев, — пошутил вслед Борис.

Повеселев, Николай занялся составлением шифровки. Это была информационная бомба. Багратион прыгнул выше своей головы и добыл такие материалы, о которых разведка могла только мечтать. Кочубей не удержался, чтобы не поделиться этим с Быстроногом. Тот все еще находился в кабинете и заканчивал работу над еженедельной докладной для руководства управления округа.

— Что, бомба? — предположил Борис.

— Глазам не могу поверить! Ты посмотри! — воскликнул Кочубей и положил на стол документ, добытый Багратионом.

Быстроног поправил очки и склонился над ним. Николай нетерпеливо ерзал на стуле. Борис вычитывал каждую строчку, и время от времени то потирал лоб, то хватался за ручку. Дочитав до конца, покачав головой, заявил:

— Бомба! В Москве на уши встанут!

— Не знаю, как в Москве, а я уже стою! — впервые за день улыбнулся Кочубей.

— Просто фантастика! Это же надо, такую фактуру добыть!

— Я до сих пор не могу поверить.

— Стоп! Сейчас проверим! — воскликнул Быстроног, ринулся к сейфу, вытащил карту, расстелил на столе.