|
Зал впечатлял огромным зевом камина с поддерживающими высокую полку каменными горгульями, отделкой стен резными дубовыми панелями и высоким ярким витражом в противоположном от камина торце помещения. В той же части зала расположился и длинный, словно ВПП, широкий стол с массивной столешницей, нарочито грубо сбитой из толстых досок. Не знай я, что этому дому нет даже сотни лет, и впрямь поверил бы, что нахожусь в парадном зале древнего рыцарского замка, хозяева которого, кстати, следят за своим имуществом не в пример лучше иоаннитов в Лагуве. В пользу этих ассоциаций играли и потемневшие от времени, а кое-где и откровенно ветхие, но ухоженные полотнища стягов, подвешенных под высокими, теряющимися в темноте стропилами.
Пафосное местечко. Да и хозяин ему под стать. Устроился во главе стола в огромном троноподобном кресле, будто памятник своему величию. Сидит, смотрит… ждёт, пока мы преодолеем все тридцать метров от дверей до его трона, и вставать навстречу гостям явно не собирается. М-да. Увлёкся, наверное, слушая, как отдаются эхом под высоким потолком наши шаги по каменным плитам пола. — Майор Рогов, — медленно произнёс Ракоци, дождавшись, пока мы окажемся в нескольких шагах от него. И перевёл взгляд на меня, — и… — Мой атаман, боярин Николаев-Скуратов, — коротко отрекомендовал меня Георгий. — Вот как… — поднявшись-таки со своего трона, Петер Ракоци метнул недовольный взгляд на замершего у его правого плеча дворецкого и вновь посмотрел на меня. Губы его разошлись в коротком намёке на улыбку. Дежурную такую… — Рад видеть вас в своём доме, боярин. Прошу прощения за нерасторопность моих слуг. Я не был предупреждён о вашем визите… Герман, распорядись там. А вы, господа, присаживайтесь. Сейчас Герман подаст кофе. Дворецкий молча кивнул и, мягко скользнув в сторону, почти мгновенно исчез из виду, скрывшись за замаскированной боковой дверью, с виду ничем не отличающейся от соседних деревянных панелей, прикрывающих стены зала. — Пустое, пан Ракоци, — я махнул рукой и, отодвинув от стола телекинезом ближайший ко мне резной тяжеленный стул, постарался устроиться на нём поудобнее. Учитывая отсутствие хоть какой-то мягкой набивки, это было… проблематично. — Я случайно узнал о вашем приглашении и… любопытство, знаете ли, заело. Захотелось узнать, что вдруг вам понадобилось от моего ватажника. Вот и присоединился без предупреждения к Георгию в этой поездке в Водицу. Так что вам не за что корить ваших подчинённых. — Понадобилось, да… — устроившись на своём троне, протянул Ракоци, не дожидаясь, пока Рогов усядется на соседний с моим стул. — Видите ли… — Кирилл. Кирилл Николаевич, если вам так удобнее, — кивнул я в ответ на безмолвный вопрос хозяина дома. — Да, Кирилл… Николаевич, — вновь заговорил хозяин дома. — Видите ли, до меня дошли слухи, что на земле, сданной мною вашему ватажнику в аренду, происходят странные вещи, чуть ли не открытые боевые действия, едва не дотягивающие до полноценного сражения. А не далее как два дня назад я получил информацию от своего конфидента в Рахове, что Апецка стала и вовсе недоступна ввиду бушующего над ней эфирного ветра. Именно с целью прояснения этой ситуации я и выслал приглашение майору Рогову. Вы должны понимать: такая информация, пусть даже не подтверждённая, может быть основанием для пересмотра нашего соглашения об аренде. Мне не нравятся войны на моей земле! — Понимаю, слухи и впрямь беспокоящие, — покивал я и, дождавшись, пока скользнувшие к столу неприметно одетые слуги расставят перед нами серебро кофейных принадлежностей и исчезнут всё за той же замаскированной дверью, продолжил: — но могу вас заверить, что сейчас на Апецке всё в порядке. Не позже чем через два дня эфирный ветер сойдёт на нет, а ещё в течение недели «Гремлины» проведут полную дезактивацию прилегающих к базе земель. |
