И вот теперь с той стороны, где находилась мастерская, визжали сразу несколько женщин.

Значит, нам туда дорога, решил Андрей Юрьевич, и рванул к повороту.

Событие тридцатое

Афина («Атана-владычица»), также Афина Паллада (Παλλὰς Ἀθηνᾶ) — в древнегреческой мифологии богиня мудрости, военной стратегии и тактики

Ух, ты. Хреново. Трое литовцев во главе с самим Кориатом тащили из дверей и уже по коридору трёх ткачих. Понятно, молодых выбрали.

— Стоять! — гаркнул на них князь Владимирский. На автомате крикнул. Ну, хотя и так бы крикнул. Перебор это, его людей хватать и волочь куда-то.

— Не переживай, брате, в баньке нам помогут помыться и отпустим, — гоготнул сын Гедимина, продолжая тащить упирающуюся полячку, которую король прислал обучать русских мастериц ткать гобелены.

— Отпустите женщин! — подскочил к ближайшему воину Андрей Юрьевич и вырвал за другую руку упирающуюся девицу.

— Остынь, брат! Отпустим после баньки, — продолжал скалиться Кориат.

— А ну, оставьте женщин в покое! — оттолкнув первого, добрался профессор до второго тащильщика. На девушке была порвана рубаха и в дыру высунулись приличные такие груди.

— Не убудет с них, — князь Новогрудский и Волковысский потянулся за мечом.

Достал свой и Андрей Юрьевич.

— Брат, не буди лихо…

Поздно, Кориат нанёс удар, как дубиной, сверху вниз. Профессор Виноградов подставил свой меч, парируя удар и… Со звоном меч литвина переломился, осколок отлетал к стоящему за спиной Андрея Юрьевича вою и порезал ему щёку. Меч же князя Владимирского от удара пошёл вниз и распорол бедро второму вою.

В этот момент по лестнице забухали шаги и в коридор ворвались трое спецназовцев с кинжалами в руках.

— Отставить! — заорал Андрей Юрьевич. Не хватало только сына Гедимина тут убить. Как батянька себя поведёт? А тут ордынцы на подходе, да и сам Гедимин с ратью в семь тысяч человек в нескольких днях пути.

Разрядила обстановку, прибежавшая на шум, княгиня Владимирская Анна и, кроме того, сестра Кориата — Альдона.

Как она закричит. Как она завопит. Как выдаст речугу на языке даже отдалённо русский не напоминающий.

Сам литовский князь стоял же и глазами хлопал. Он бы может и хотел продолжить драку, но мешало три обстоятельства. Главное — у него вместо роскошного полуторника сейчас в руке тридцать сантиметров обломанного клинка было, пусть и прилепленного к рукояти, украшенной золотой проволокой и с рубином на навершии. Во-вторых, между ним и Андреем Юрьевичем было три женщины, две ткачихи и… и хрен бы с ними, так ещё и Анька — сестра как ни как. В-третьих, позади него с кинжалами синими харалужными стояли вои не слабых статей, ему точно ни в росте, ни в ширине плеч не уступая. А! Так ещё и такой же синий с узорами меч описывал восьмёрки горизонтальные прямо у него под носом. И был он в руке хозяина замка и всех этих земель. Это, в-четвёртых, уже.

— Видишь, брат, я спор выиграл. Мой меч лучше оказался. А чтобы тебе не обидно было, давай меняться.