— Я так понимаю, ты что-то предлагаешь?

— Да. Но прежде хочу кое-что прояснить. Какова была цель вторжения? Не добыча ведь. Ясно, что ты на волне славы от победы планировал окончательно раздавить оппозицию и провозгласить себя королем. Ну, может, сначала Верховным Вождем, а потом уже короноваться… после смены веры. Небесный Отец с радостью ухватится за возможность ввести под крыло веры новый народ… Победоносный. Который может и наказать его врагов, если дать пустяковые уступки. Верно?

Лат помолчал.

— Ты возражаешь?

— Возражал бы, не присоединился бы к вам.

— Кстати, мы так и не услышали о причине, хотя ты об этом говорил, — вмешался Вальд.

— А это и есть причина, — Осмон грустно улыбнулся. — Порой ошибки осознаешь слишком поздно… Эх, если бы юность умела, если бы старость могла… Когда я был примерно в вашем возрасте, у меня был ветер в голове. Вождь сильного племени, набеги, слава, победы… С возрастом я стал понимать, что нас, гарлов, постепенно оттесняют. Мы воинственны, умеем сражаться… Но проигрываем. А я не хочу, чтобы однажды гарлы остались только в балладах и летописях. Нам нужно единство! К сожалению, я понял это слишком поздно. Я понимал, что уже изрядно набедокурил в юности. За мной не пойдут. Я не смогу выступить знаменем, хотя, со своим опытом, прикидывал возможный план… Вполне реальный, полагаю… Если исключить меня самого из него. А потом появились вы и принялись делать то, о чем я мечтал. Сначала я принял вас за очередных пустозвонов и выскочек. Но на удивление у вас получилось. Ты, Лат, обладаешь тем, чего никогда не было у меня — умением завоевать сердца людей. Вдохновить их. И первоначально я был в ярости. Почему кто-то, а не я? И я начал сражаться… А потом задумался. Ну, одолею я вас, а дальше? Гарлы останутся разобщёнными, всё вернётся к старому… И строчка в летописях: «Жил когда-то такой народ»… И вот тогда я задумался…

— То есть ты решил помочь нам объединить гарлов? — недоверчиво спросил Вальд. — Если ты сам хотел стать на место Лата, то…

— Вальд, я уже старик. Даже если я сейчас возьмусь, я просто не успею. А объединить мало — объединение нужно будет еще удержать. Допустим, у меня получится, то после моей смерти всё рассыпется. Да и, как я уже говорил, в юности я накуролесил. Не пойдут за мной. А вот у вас может получиться. А я вам помогу… и научу. Надеюсь, вы понимаете, что для преодоления вашего пути одного умения сражаться недостаточно?

Вальд и Лат переглянулись. Похоже, обоих эта исповедь старика ошарашила.

— То есть ты предлагаешь стать моим наставником? — поинтересовался Лат очень спокойно.

— В политике, да. Ты тут слаб и не будешь с этим спорить. Сам знаешь. Зажечь воинов ты умеешь, а вот выстроить долгосрочные отношения с вождями и знатью… Будешь спорить?

Лат что-то буркнул себе под нос и отвернулся.

— Ну и последний поход… Мы были не готовы, и с этим вы тоже не будете спорить.

Теперь Вальд отвернулся. Именно он настаивал на походе, разрабатывал план, всё организовывал. И был уверен, что армия гарлов сметёт всех врагов в самые короткие сроки.

— Что ты предлагаешь? — буркнул Лат. — Если мы проиграем, то об объединении гарлов можно будет забыть.

— Нет, если всё правильно сделать. Оно, конечно, замедлится, но зато будет надежней.

Лат снова переглянулся с Вальдом. Потом снова посмотрел на Осмона.

— Продолжай, — заинтересовался он.

— Прежде всего, нужно сохранить костяк твоих сил.