И ничего… То есть – нет. Какое-то движение живицы к рукам я почувствовал, что уже было успехом. Оно же повторилось и тогда, когда я попробовал использовать активатор на русском, и особенно ярко после сокращения «Мисахика», однако дальше этих токов дело пока что не сдвинулось. Хотя, вполне возможно, я просто переоценивал свои силы, желая всего, много и сразу. Всё-таки была некая наивная надежда, что связанные с моим кланом чары возьмут, да и поддадутся мне с первой попытки… но, как говорится, не судьба.

То ли печати были кривыми, то ли складывал я их медленно, благо у самого принца пальцы так и танцевали, то ли требовалось правильное произношение активатора, сам Огама обладал слегка жутковатым, я бы даже сказал, замогильным голосом, и у меня банально не получалось его скопировать. В общем, по лёгкому вкусного пряника мне не досталось, а потому следовало пахать, пахать и пахать, чем я, собственно, и занялся, старательно доводя незнакомые ручные печати до автоматизма, вначале стоя на месте, а затем рысцой бегая вокруг полигона.

* * *

– У меня актуальный вопрос… – произнёс я, привалившись спиной к дереву и глядя на своих одногрупников, как и я, дожидающихся припозднившегося наставника.

Сегодня мы были в полном составе, хоть для понедельника это не типично, но нас почтила присутствием даже Сердцезарова, которая сейчас изображая ленцу, одарила меня своим вниманием. Алтынов проигнорировал, словно я был пустым местом, а вот Нина с Леной подошли, тут же прервав свой неспешный разговор.

– Что с аэрболом делать будем, господа? – продолжил я. – Время идёт, Мистерион задачу перед нами поставил и вряд ли изменит решение, а сами мы даже не чешемся.

– Хм… вопрос, конечно, хороший, – вздохнув и слегка пожевав пухленькую нижнюю губку, произнесла молодая чаровница. – Время до конца года, конечно, ещё есть, но…

– На самом деле его очень мало, – вклинилась Нина, перебивая Машу.

Да именно Машу, а не Марию. Так я решил отныне называть нашу зазнайку в юбке, чтобы не путаться с книжной родственницей. Всё-таки не доросла она ещё до Марии, тем более что старших нужно уважать, и всё такое…

– Я выясняла через знакомых, которые регулярно играют в «Воздушный мяч», – продолжила тем временем Ефимова, – о соревнованиях объявят примерно через месяц… И да, шансы у нас нулевые, даже если убьём на это всё свободное время. Там такие зубры участвуют, которые этим спортом чуть ли не дышат, а обыкновенным чародеям там делать нечего.

– У тебя есть друзья, играющие в аэрбол? – удивился я, потому как раньше Нина об этом не упоминала.

– Ну да… – пожала плечиками девушка. – Понадобились, вот я и подсуетилась, познакомилась.

– То есть задачу мастер поставил невыполнимую, – нахмурившись и помрачнев лицом ожил Сергей.

– Подождите… – остановила нас Сердцезарова, сложив руки под своей и так немаленькой грудью. – Давайте рассуждать логически. Мог ли наставник дать нам задание, которое мы даже в теории не способны выполнить?

– Скорее нет, чем да, – подумав, сообщила Нина.

– Угу! – согласилась с ней Ленка Суханова.

– Мог, – довольно категорически рубанул я, но потом всё же поправился, чтобы быть более объективным: – Если, конечно, хочет от нас избавиться.

– А он хочет? – вздёрнула бровку Маша.

– Нет, – буркнул Алтынов. – У него определённые обязательства перед моим отцом и кланом.

Мы все удивлённо посмотрели на него. Нет, вовсе не из-за сказанного. Это был, что называется, «общеизвестный секрет», просто от Сергея лично я ожидал скорее какой-нибудь подколки из разряда: «Вы смерды, а я витязь!» – нежели конструктивного диалога.