Спокойно, Ангелина. Не нужно показывать свои эмоции! Это тактическая встреча. Вы должны установить перемирие!

Приветствую Богдана в ответ и боюсь, что на этом разговор погаснет. Придется оживлять его самой, вороша наши чувства, как поленья в затухающем пламени… Но Богдан не может вынести тишину дольше нескольких секунд.

– Видел, твоя книга неплохо продается.

– Что удивительно для нынешней ситуации, – улыбаюсь натянуто и грустно. При этом на Богдана не смотрю. Взгляд гуляет за его спиной, касается заснеженных подоконников домов, цепляется за синиц, что скачут по голым веткам кустов сирени.

Мне сложно смотреть в глаза того, кто бросал меня не раз. Сложно вновь идти на примирение в надежде, что сейчас-то все точно будет по-другому.

– Я советую «Магический дебют» подписчикам, – неловко переминаясь с ноги на ногу, делится Богдан. – Сам купил себе экземпляр и показывал его у себя в блоге.

Знаю, что эта встреча должна нас помирить. Но я не могу поднять белый флаг, пока внутри все кипит от обиды.

– Ого, – сарказм пенится в каждом слове, – ты, наверное, поэтому меня в блок кинул? Чтобы не умерла от счастья, увидев твои посты. Или чтобы не видела, сколько хейта ты словил за то, что рекомендуешь мерзавку Лину Ринг?

– Ангелина, если ты пришла ругаться…

– Дай мне высказаться! – перебиваю его резко, и голос звенит слишком громко в пустом дворе.

Богдан безоружно поднимает руки и покорно кивает.

От неожиданности все слова, которые хотела вылить на него вместе с накопившейся болью, теряются. Я набираю полные легкие холодного воздуха, а выдыхаю обиду.

– Ты не представляешь, каково это, – произношу спокойно и едва слышно, – остаться одной в огромном сообществе, где почти каждый незаслуженно негативно настроен против тебя. Не представляешь, каково это, когда товарищ, – поднимаю глаза на Богдана, – в этом аду просто кидает тебя в блок, не желая даже выслушать.

– Я знаю, Ангелина. Я был на твоем месте.

Богдан поджимает губы и опускает глаза. Только теперь понимаю, что выпалила, не подумав. Он ведь тоже в чем-то понимает мои чувства. Не от меня одной отвернулись друзья.

– Тогда почему не написал мне? Почему ждал первого шага от меня?

«Мы нуждаемся друг в друге», – крутится на языке, но проглатываю эти унизительные слова.

Это Лина Ринг нуждается в Богдане. Ей нужна его медийная поддержка. Но Ангелина Кольцова больше всего хотела бы забыть старого друга как страшный сон.

Я здесь только ради Лины.

И тут до меня доходит… Богдан тоже это понимает, поэтому и не пытался помириться первым. Он не знал, кого во мне больше – Лины или Гели.

– Ладно, – выдыхаю, мотнув головой. – Забудь. Не написал и не написал. Главное, что теперь мы здесь.

– Почему именно теперь? – Богдан загадочно улыбается и склоняет голову набок.

Его улыбка, которую не видела несколько месяцев, теперь рождает в душе странные чувства. Будто эхо обретает четкость и собственный голос.

– О чем ты? Мари сказала, что вы идете на бал вместе, вот я и…

– Геля, – с усмешкой перебивает Богдан, – я знаю вас с детства, а потому даже не сомневаюсь, что Мари что-то задумала. Она пойдет со мной на бал не потому, что захотела сама. Это часть ее плана по нашему с тобой примирению.

– Не представляю, зачем ей это нужно.

– Зато я догадываюсь. Тебе нужна моя поддержка.

– А тебе – новая компания?

– Может быть, – прищуривается он и прячет ладони в карманы куртки.