Все посмотрели. Величина деревьев просто в голове не укладывалась. Развесистые кроны поднимались выше небоскребов.

– В жизни не видел подобного, – почесал в затылке Тарф Асп.

Флекер облизнул губы. Что‑то зловещее было в этом пейзаже. Весь его опыт был здесь бесполезен Рядом с этими гигантскими растениями, выглядевшими, как оккупационная армия огромной растительной империи континента, он ощущал себя просто карликом.

Со скрежетом открылся грузовой отсек, и ученые выгрузили из корабля вездеходы. Это были машины с восьмисотсильными водородными двигателями, на широченных шинах. Каждый был рассчитан на пять пассажиров с полным запасом воды и провианта.

Техники Купер и Греер занялись машинами, а ученые принялись разгружать припасы.

Флекер обошел позицию по периметру. Часовым было не о чем докладывать, кроме нескольких летающих насекомых и каких‑то существ над океаном в километре от берега, издали похожих на птиц.

Скудная растительность на песке по мере удаления от берега сливалась в низкорослый лес с черно‑зеленой листвой.

О берег бились огромные волны, и соленая водяная пыль слегка охлаждала горячий воздух. Жестокий солнцепек чуть скрашивался ветром с моря, но в спецкостюмах все равно было жарко и липко от пота.

Флекер остановился возле капрала Бентри, командира десантников.

– Девяносто семь по Фаренгейту, точно по прогнозу, – сказал капрал.

– А влажность?

– Девяносто один процент.

– То‑то же тут так мерзко.

– Привыкай, теперь это дом.

– Ага, будет. Как только купол построим.

– Эй, смотрите! – крикнул кто‑то справа, со стороны океана.

Они обернулись и успели увидеть, как из воды вылетело что‑то длинное и темное и с плеском свалилось обратно.

– Ого, можно порыбачить! – довольно загоготал Бозун.

Ученые разгружали шаттл – при высадке эта работа была возложена на них – и от жары и непривычных усилий начали уже ворчать. Тарф Асп на второй ходке свалился под тяжестью ящика с едой. Вскоре после этого геолог Хунду сел и отказался продолжать работать, Флекер был вынужден занять его место и вскоре обливался потом от усилий.

Но в конце концов работа была окончена, и ученые уселись в тени шаттла, жадно припав к флягам.

– Чертовски жарко для такой работы, – сказала Труди Гувек, у которой из обуви раздавался отчетливый хлюп.

– Полностью согласна, – ответила Им Сон. – Именно чертовски.

– Привыкайте, дамы, таков Новый Мир, – заметил Тарф Асп.

Команда шаттла, свежая, в белой форме космолетчиков, вышла из кондиционированного воздуха корабля подписать у Флекера полетный лист.

– Отсюда отличный вид, – заметила Шекушиб.

– Маленько жарковато только, – добавил Норгил, второй пилот.

– Ага, – согласился Флекер, – что да, то да. Он приложил палец к контакту и отдал Шекушиб рекордер.

– Ладно, а теперь не будете ли вы так любезны убрать все это с дороги?

– Как? – У Флекера чуть глаза из орбит не выскочили. – Мы же только что закончили перетаскивать!

– Вам бы лучше перетащить его еще раз. Через двадцать минут мы эту птичку поднимем.

– Окно взлета – двадцать минут, – добавил Норгил с невинным видом.

Флекер посмотрел на ученых.

Они явно не обрадовались. Приборы, палатки, еда, вода – все это надо было заново собрать, погрузить в вездеходы и отъехать на безопасное расстояние. Девяносто семь градусов по Фаренгейту и влажность, как в душевой.

– А чего ты этих десантников не пошлешь нам на помощь? Тут же барахла чертова уйма! – воззвала к Флекеру Гувек.