Изменить размер шрифта - +
Но Сноупс был дома. Он сам отворил двери, на
нем был кухонный передник и в руках сковородка, на  сковородку  было  даже
выпущено яйцо. Но на лице у него никакого выражения не было.
   - Джентльмены, - сказал он с расстановкой. - Заходите.
   - Нет, спасибо, - сказал дядя Гэвин. - Мы  ненадолго.  Кажется,  это  -
ваше? - Тут же стоял стол. Дядя Чарльза положил на него сверток и  откинул
край мешковины, так что обрез покатился по столу. И все же ни на лице,  ни
в голосе Сноупса ничего не отразилось.
   - Но ведь это, как вы, юристы, говорите, улика косвенная, верно?
   - Да, конечно, - сказал дядя Гэвин.  -  Но  теперь  все  разбираются  в
отпечатках пальцев, да и в обрезах тоже.
   - Понятно, - сказал Сноупс. - Вы  как  будто  не  собираетесь  мне  его
дарить?
   - Конечно, нет,  -  сказал  дядя  Чарльза.  -  Я  его  вам  продам.  За
дарственную на имя Эсси Медоуфилл на тот  кусок  вашего  участка,  который
хочет купить нефтяная компания, плюс те тринадцать футов земли, что мистер
Медоуфилл считал своими. - И тут Сноупс совершенно застыл  на  месте,  как
стыло яйцо на сковородке. - Да, вы правильно поняли, - сказал дядя  Гэвин.
- Иначе я поинтересуюсь, не хочет ли  Маккинли  Смит  купить  у  меня  эту
штуку.
   Сноупс пристально посмотрел на дядю Гэвина. "Пройдоха, сразу видно",  -
подумал Чарльз.
   - Да, с вас это станется, - сказал Сноупс, -  наверно,  я  сам  бы  так
сделал.
   - Я тоже так думаю, - сказал дядя Чарльза.
   - Полагаю, что мне надо пойти поговорить с  кузеном  Флемом,  -  сказал
Сноупс.
   - Полагаю, что нет, - сказал дядя Чарльза. - Я только что из банка.
   - Полагаю, что я и тут поступил бы так же, - сказал Сноупс. - В котором
часу вы будете у себя в приемной?
   Они могли бы повидаться со Смитом у него дома к вечеру. Но еще не  было
двенадцати, а они уже стояли у загородки и смотрели, как Маккинли Смит  на
своем муле едет вдоль длинной черной полосы  земли,  вывороченной  лемехом
плуга. Потом он остановился у загородки напротив них, голый  до  пояса,  в
рабочих брюках и военных сапогах. Дядя Чарльза подал ему дарственную.
   - Возьмите, - сказал он.
   Смит прочитал бумагу.
   - Это же Эссино.
   - А вы женитесь на ней, - сказал дядя Гэвин. -  Тогда  сможете  продать
участок и купить ферму. Вы же оба  этого  хотите.  Есть  у  вас  при  себе
какая-нибудь рубашка и свитер? Одевайтесь, я вас подвезу в город, а  майор
- вот он - отведет вашего мула.
   - Нет, - сказал Смит. Он уже засовывал,  вернее,  заталкивал  бумагу  в
карман. - Мула я сам отведу. Сначала мне домой надо. Не поеду  я  жениться
небритый и без галстука.
   Потом пришлось дожидаться, пока  баптистский  проповедник  мыл  руки  и
надевал сюртук и галстук; на миссис Медоуфилл красовалась  шляпа,  которую
на ней видели в первый раз, да и с виду эта шляпа  была  похожа  на  самую
первую в мире шляпу.
   - А как же папа? - сказала Эсси.
   - Ах, вы про кресло, - сказал дядя Гэвин. - Оно теперь мое.
Быстрый переход