Она начинала подмечать особенности его характера, до сих пор ускользавшие от ее внимания. В обществе гостей, называвших его своим другом, Грей держался любезно, но отстраненно. К служащим «Феникса» он относился куда теплее, чем к тем, кто пользовался его гостеприимством или вел с ним дела. Заслужить его доверие было непросто, и сам Грей не особо жаловал излишне доверчивых людей.

Беркли дважды замечала рядом с ним Сэма Брэннана. Оба раза Грей отклонил предложение присоединиться к Комитету бдительности, однако сумел сохранить с Брэннаном дружеские отношения.

Он был человек осторожный, вдумчивый, внимательный. Беркли ошибалась, считая, что Грей на время забыл о ней. Ничто не укрывалось от его взгляда. Он знал, что Сэма мучает ревматизм. Он умел успокоить разгневанную Энни Джек. Он забавлял Ната фокусами и отлично знал о его успехах в учебе. Он помнил по именам всех работников отеля. То, что каждый из них сознавал свою значимость для заведения, было заслугой Грея. Джордж Петтигрю, веселый зазывала из «Эльдорадо», перешел на работу в «Феникс». Его примеру последовали несколько человек, считавшиеся на хорошем счету в не менее преуспевающих игорных домах. Не прилагая к тому особых усилий, Грей завоевывал расположение своих работников.

Он неустанно заботился о людях, небезразличных ему, но делал это исподволь, незаметно. Энки Джек вдруг находила в кухне цветастый фартук с лямками, достаточно длинными даже для ее необъятной талии; роясь в баре, Сэм Хартфорд обнаруживал склянку с мазью для своих ноющих костей. Грей дарил Нату книги, Доннелу — инструменты и помог Айвори Дюпре вернуть старый должок.

У Беркли появилось твердое убеждение, что от нее собирались скрыть весть об избиении Хэнка Брока, а уж тем более о том, чьими кулаками были нанесены побои. Заметка в «Газетт», попавшаяся ей на глаза, подавала это событие как покушение на жизнь Сэма Брэннана. Не приводя никаких доказательств, репортер и Брэннан утверждали, будто это дело рук «сиднейских гусей», разгневанных деятельностью его комитета. Брэннан не пострадал и даже не присутствовал при нападении «гусей». Репортер написал, что вылазка носит скорее предупредительный характер; один из телохранителей Брэннана, мистер Генри Брок по кличке Хэнк, получил тяжелые увечья за то, что был связан с руководителем комитета и отвечал за его безопасность.

Беркли не спрашивала Грея, какую роль он сыграл в возмездии за попранную честь Айвори. Припухшие кулаки и разбитые костяшки пальцев свидетельствовали о том, что Грей взялся за это дело сам.

Пандора грациозно вспрыгнула на кровать, оторвав Беркли от ее дум.

— Откуда ты взялась? — спросила девушка. — Я думала, ты внизу, с Натом. — По своему обыкновению кошка лишь бросила на нее загадочный взгляд. — Я оставила дверь открытой? Забыла ее запереть?

— Беркли, можно к тебе? — послышался из смежной комнаты голос Грея. Беркли приподнялась, чтобы встретить его сидя, но Грей уже выглянул из-за двери. — Не двигайся. Я пришел не за тем, чтобы тревожить тебя. Спускаясь по лестнице, я заметил, как сюда проскользнула Пандора, и решил прогнать ее, прежде чем она заберется к тебе в постель. — Лукаво посмотрев на кошку, он добавил — Кажется, я опоздал.

— Она мне не мешает. — Беркли откинула голову на подушку, но не положила компресс на лоб. — И ты тоже.

Последние слова она произнесла чуть слышно, и Грей угадал их только по движению ее губ.

— Я на минутку. — Он вошел в комнату и подтянул к кровати кресло-качалку, стоявшее у окна. — Энни сказала, что сегодня утром ты не притронулась к завтраку. Она спрашивает, что тебе не понравилось в ее стряпне.

Беркли сунула руку под подушку и приподняла голову:

— Энни боится, что я напущу на нее порчу, если заподозрю в желании отравить меня.