|
.. Там много ваших фотографий... Все, правда, размножены с одной... -- Где это "там"? -- У Сашеньки. На Фрунзенской... -- Как вас зовут? -- Яков Павлович. -- В чем обвиняют? -- В шпионаже и антисоветской пропаганде. -- В пользу кого шпионили? -- Я не шпионил... Эти доллары остались в наследство от моего дяди-- Его брат уехал в Америку перед революцией... А когда ввели Торгсин, он перевел доллары, тогда разрешалось... -- С вашими доводами согласились? -- Да. -- Значит, обвинение в шпионаже отпало? -- Да. -- Вы действительно занимались антисоветской пропагандой? -- Да. -- В чем это выражалось? -- Я хранил и давал читать другим книги врагов народа... -- Кого именно? -- Троцкого и Бухарина... Будь проклят тот день, когда я получил эти книги... -- От кого вы их получили? -- От профессора Шимелиовича... -- Кто это? -- Главврач Боткинской больницы. -- Почему он их вам дал? -- Потому что мы с ним очень дружили. -- В книгах есть призывы к антисоветским действиям? -- Я... Почему вы говорите так? Зачем? Не надо, пожалуйста! Я же признался во всем... Пощадите меня, я же хотел Сашеньке только добра! Она бы погибла иначе, -- Гелиович заплакал. -- Если бы вы только видели ее в сорок шестом! Если бы видели... Она никогда не любила меня... Я был вашей тенью... Она всегда любила только вас... -- Вас пытали? Гелиович в ужасе откинулся на спинку стула: -- Что?! Зачем?! Почему вы так говорите?! Я не хочу! -- Как я говорю? Я просто спрашиваю: вас пытали? -- Нет. Со мной... Меня не пытали... Наши органы никого не пытают... -- Тогда отчего вы признались в том, чего не было? -- Было! -- истерично закричал Гелиович. -- Я во всем признался! Было! -- Ни в "Азбуке коммунизма" Бухарина, ни в книге Троцкого "Октябрь", которые вы хранили, нет антисоветской пропаганды. Один автор -- член Политбюро и нар-комвоенмор, другой -- редактор "Правды" и член ЦК, чушь какая-то... -- А я категорически повторяю, что меня никто не бил! -- снова закричал Гелиович. -- Я говорю с вами как друг, доктор... Я... Я благодарен вам за Сашеньку... И хочу вам помочь... Вы говорите, что вас не пытали... И что вы сами признались в антисоветской деятельности... Вы знали, что идете на преступление, прятав у себя книги Троцкого и Бухарина? -- Все советские люди знают, что это преступление... Значит, и я должен был знать. |
