|
.. -- Я боюсь, что после процессов тридцатых годов, -- сказал Исаев, -- если не будет иностранной прессы со всего мира, если об этом не будет снят фильм, вам не поверят... Жаль, кстати, что процессы над генералами Власовым и Малышкиным были закрытыми... Я не мог понять, отчего их не транслировали по радио... Измену, настоящую, а не мнимую, надо обличать публично, чтобы люди слышали и видели воочию... -- Беретесь написать сценарий вашего поединка с Вал-ленбергом на открытом процессе, где будет пресса и кино со всего мира? -- Он отрицает связь с гестапо? Иванов долго смотрел в глаза Исаева, не в надбровье, не на уши, а именно в глаза; потом, вздохнув, ответил: -- Да. . -- Я должен ознакомиться с документами, Аркадий Аркадьевич. Это во-первых. После этого процесса я наверняка тоже буду осужден как штандартенфюрер СС Штирлиц, и не только осужден, но и ликвидирован -- лжесвидетеля полагается нейтрализовать, это во-вторых. И вообще вся ваша конструкция кажется мне липовой, потому что, как только английские журналисты сделают мои фото, а хроникеры перешлют в Лондон пленку, вас схватят за руку, и это будет такой позор, от которого не отмоешься: русский Юстас играет роль немца Штирлица... -- Хорошо, а если мы предпримем такие шаги, что Лондон промолчит? Исаев вздохнул: .-- Будет вам, Аркадий Аркадьевич! Я ж в разведке побольше вас отслужил... -- И все-таки, -- поднимаясь из-за стола, повторил Иванов, -- если мы решим вопрос с Лондоном, вы согласитесь оказать услугу Родине? -- Сначала вы мне должны доказать, что эта услуга нужна Родине. Затем вы должны устроить мне встречу с семьей, а потом объяснить, как вы "решите вопрос с Лондоном"... 92 -- Подождите пару минут, я вызову машину, -- сказал Иванов. -- Только не уходите на сутки, как Сергей Сергеевич, меня в милицию заберут, денег-то нет, -- усмехнулся Исаев. -- Чем расплачусь за такой сказочный обед? ...Когда они спустились к "ЗИСу", Исаев сразу заметил, что рядом с шофером сидит чем-то знакомый ему человек; наклонил голову, словно бы завязывал шнурок ботинка; заметил он и то, что возле двери салона сидел бугай с майорскими погонами; он, таким образом, оказался посередине -- между майором и Ивановым, как и полагается арестованному. Когда "ЗИС" резко взял с места, тот, что сидел возле шофера, распрямился и медленно повернул голову. Это был Макгрегор. -- Знакомьтесь, Всеволод Владимирович, это Викентий Исаевич Рат, наш сотрудник, -- сказал Иванов. |
