Я отстегнул привязные ремни и следом за экипажем поспешил к выходу. Спуск по скользкому от озерной воды понтону — и мы уже на пляже. Бронированные десантные катера один за другим разбегались по воде и уходили в небо, и только мы — пятнадцать Синих Курток — спешили в противоположную сторону, к «Монтроялю».

Когда мы уже подбегали к трапу, кто-то — Дженнингс, разумеется! — завел гравигенераторы. Вот умница! Несколько секунд, которые он нам подарил этим нехитрым поступком, вполне могли спасти нам жизнь. Бежать по камням было чертовски неудобно. Я подвернул лодыжку, да еще на раненой ноге… Ну и черт с ней!

Внезапно нас осыпало градом гальки. Я оглянулся через плечо — несколько облачников в серых мундирах обстреливали нас из лучевых пик уже от входа на пирс, и число их росло с каждым тиком.

— Бегите же, тытьподери! — рявкнул я на своих разгильдяев. — Это вам не игра! — Я увидел, как моя стармех взвизгнула и упала, зажимая рукой рану на бедре. Двое матросов подхватили ее и потащили вверх по трапу. Я старался не отставать от них, но проклятая нога никуда не годилась. Как это я там куражился перед Драммондом? «Я ведь не маршировать нанимался», так? Вот козел! Пальба усиливалась. Вокруг слышались стоны. Весь пляж разлетался градом раскаленной гальки. Очень скоро меня обогнали все до одного. Беги же, черт тебя подрал!

Тут я вдруг чуть не ослеп. Все основание пирса скрылось в яростной вспышке, а со стороны озера над нами пронеслось три неясных от скорости силуэта. — Они дали еще залп по противнику и свечой ушли вверх, оставив за собой грохот работающих на пределе генераторов. Пара «327» в строю с одиночным «Огнем». Я довольно ухмыльнулся и, хромая, поднялся в носовой люк. Уоттерс таки не забыла нас!

Я оглянулся проверить, не забыли ли мы кого на пляже. На камнях неподвижно распластались три тела. Я стиснул зубы: еще три смерти, винить в которых я мог одного лишь себя! Эта чертова станция обходилась нам недешево! Я прислушался к ровному рокоту из машинного отделения.

— Как пройти на мостик? — спросил я у матроса, задраивавшего люк. Он махнул рукой в сторону коридора.

— Двумя палубами выше, адмирал, — откликнулся он. — Идемте провожу.

Отчаянно хромая, я тащился следом за ним по лестнице. Казалось, мы не дойдем туда никогда, но все рано или поздно имеет свой конец, и эта дорога не стала исключением. К тому же меня подгонял шум, доносившийся из-за обшивки корабля. Судя по нему, на пирсе шел нешуточный бой, и мне что-то не очень хотелось ждать, пока к месту событий не подоспеет кто-нибудь с достаточно мощным вооружением, чтобы остановить нас.

В кресле, расположенном справа от единственного рулевого поста, сидел мужчина с роскошными усами, которым позавидовал бы и морж. Расположение постов было мне относительно знакомо: так устроены мостики на большинстве современных транспортных судов. Просторные. Два штурманских поста в задней части. Пост суперкарго у переборки. Отменный обзор через гиперэкраны.

— Рад видеть вас, адмирал, — произнес мужчина, и эмоций в его голосе было не больше, чем если бы мы стояли у причала на авалонской базе. — Я — Дженнингс. — Роста он оказался среднего, с, коротко стриженными каштановыми волосами, в очках (возможно, это из-за них ему не удалось стать рулевым), с ироничной улыбкой на губах и хитрым прищуром глаз.

— Меня зовут Брим, — отозвался я, плюхаясь в пилотское кресло и торопливо подключая свой скафандр к корабельным сетям — благодарение Вуту, разъемы оказались стандартными. — Спасибо за то, что врубили генераторы.